Его руки нежно поглаживали бёдра, когда сама девушка уже во всю ёрзала на них, выжидая дальнейших действий и чувствуя готовую эрекцию. Он плавно провёл свободной рукой по спине, срывая с неё кое-как державшийся лифчик, не без наслаждения рассматривая упругие чашечки.
— Геральд, чёрт тебя возьми, — грозно прошипела демоница, изнывая от возбуждения, которое только подкреплял крепкий алкоголь, усиливая спектр желаний. — Не в музее! — зло вспыхнула Вики, ощущая веселье и мощную мужскую эрекцию под бедром, которая уже была готова разорвать ткань брюк.
Сдавив свободной рукой женское полушарие, одним резким движением он скинул её на спину, сильно сжимая раскрасневшийся сосок. Боль, граничащая с наслаждением приятно разошлась по телу. Ударив по бедру, он практически невесомо вошёл в уже давно разгоряченное и просящее его ласки лоно, вызывая надрывистый женский стон, когда Вики вовсю прижалась к мягкому ковру, ощущая как мягкие волокна щекочут спину.
— Геральд, ты собираешься меня трахнуть? — прошипела демоница, ощущая притупляющую боль. Это мало доставляло наслаждения. Всё, чего ей сейчас хотелось — грубого, резкого, граничащего с животным секса, поэтому на каждую нежность или тонкость тело реагировало также большим возбуждением, ведь нега только увеличивалась.
Красота — это вечность, длящаяся мгновение.
Утро нежным куполом легло на Ад, разнося своими длинными изящными руками всем его обитателям свет. Новый день вслед за утром не заставил себя долго ждать, входя в пространственное жизненное устье и распространяя ранее тёплое солнышко, что не могло не радовать демонический глаз. Где-то вдалеке последние птицы уже улетали в поисках мест зимовки, разглядывая старые дома, в ответ грустно косившиеся на прошлых хозяев, но это была очередная жизненная неоспоримая цепь.
Лёгкость в теле была весьма мнимой, как и покойное недомогание после весёлой ночи. Шёлковая простыня приятно расслабляла тело, даря невероятную прохладу, которая ещё сильнее уносила в царство Морфея. Мягкая подушка давала голове такой желанный и на удивление спокойный сон после стольких лет. Закутавшись поудобнее в одеяле и не разрывая контакта с подушкой, Вики бы могла безумно долго рассуждать об этом всём, не раскрывая своих кукольных ресниц, если бы в действительности не одно «но», что отрезвило в несколько секунд, вырывая из привычного жизненного ритма.
Мужские, тёплые ото сна руки приятно обхватили женскую талию, едва сжимая кожу и словно боясь изранить, одна из грубых рук спустилась к девичьему колену, подтягивая к себе ближе, но не снимая с девушки тёмного двуспального одеяла, в котором она уверенна завернулась около часа назад, когда, демон начал её будить впервые.
— Вики… — нежно протянул он, но реакции не последовало. Не то чтобы это действительно бесило Геральда, однако вставать было уже необходимо. Тогда, прижавшись к женскому, бледному из-за особенности кожи бедру, он позволил себе некоторую шалость, впечатавшись зубами через тонкую постельную преграду в женское бедро.
Стон последовал практически сразу, несколько заторможенная реакция могла быть вызвана превышающей дозой алкоголя в крови, что за четыре часа сна не успела толком выветриться. Вики насупила свои брови, поджимая красивые губы, то же сделала и с ногами, переворачиваясь таким образом, что мужчина оказался значительно дальше, чем ранее, тем самым обезопасив себя, на крайний случай, толком не помня происходящее.
— Чёрт, — только и вырвалось с уст голубоглазой, когда демон сначала хмыкнул, не удивляясь такой реакции после количества выпитого, а потом сузил брови в неприятной, но в тоже время ожидаемой догадке.
— Уокер, только не говори, что ни черта не помнишь, — прошипел громкий мужской голос, где-то не так далеко в женском подсознании, на сей раз она более детально обратила внимание на рядом лежащего демона, что сверлил её взглядом уже несколько минут.
Мысли путались. Детального портрета ночи не было. Единственными напоминаниями являлись метки демона на бедре и головная боль, непрерывно стучащая по всем головным отделам женской головы. Однако судьба милостива, поэтому также неожиданно как началось утро, стали проноситься отрывки и ночи, напоминая о произошедшем.
Пятью часами ранее.
Ухмыльнувшись женскому потоку мыслей, демонические пальцы поддели резинку белья, всё ещё не лишая удовольствия растянуть начатое до конца. Надавив на уже пульсирующий от возбуждения клитор, Геральд впился своими губами в женское плечо, массируя место, где собралось огромное количество нервных окончаний.
Недолго помучав учительницу, он вошёл двумя пальцами в разгорячённое лоно, не без наслаждения слыша женский стон, молниеносно сорвавшийся с мягких и раскрасневшихся губ, явно не ожидая таких резких изменений в действиях, но не без наслаждения их приняв.
— Ах…да, — громко простонала голубоглазая бестия, ощущая как темп проделок мужчины искусно наращивался. Он то и дело кусал её шею, чем вызывал невероятный контраст, позволяющий всё в точности прочувствовать.
