Сидеть на крыльце, ждать, когда домой позовут, как дворовый пёс. И мечтать. А что ещё мне делать? В стаю я бы наверное уже мог вернуться. Всё же почти победил альфу. А все думают, что победил. Поэтому вероятно не посмели бы меня убить. Хоть в этом я и не был уверен. Но как оставить её с этим вот?
Нет уж. Слишком без меня им хорошо живётся. Помрут ещё от счастья своего бестолкового. Должен же кто-то спускать их иногда на землю грешную.
Возьму эту ношу на себя.
– Так и будешь тут сидеть? Заходи, – раздался голос кота из приоткрытой двери.
Какое великодушие! Будто не они меня вытурили, как нашкодившее животное. А теперь вон зовёт. Соскучился небось. Спит и видит, чтобы я скорее свалил-то уже. Пусть и явно меньше этого хочет, чем сама Эррин. Моя сладкая и вредная самка явно желает мне здоровья и процветания больше, чем кто-либо. Ну или сдохнуть уже поскорее.
Тяжело поднявшись, я поковылял внутрь. Молча.
На душе скребли вонючие ирбисы. Настроение ужасное. И казалось бы, что может быть хуже?
– Мы тут подумали, – начал вдруг он, не уходя в комнату, как обычно, и мне пришлось обернуться к нему вопросительно. – Ты уже можешь ходить. Стаю твою вроде вот-вот должны приструнить…
К чему это он клонит? И кто может приструнить мою стаю?
– В общем, пару дней ещё отлежишься, и можешь возвращаться.
Мои глаза сверкнули новой волной ярости. Вот как?! Опять прогоняют?!
– Ты же понимаешь, что она тебя не выносит, – вдруг вздохнул он и пошёл прочь.
Что?
– А если бы выносила, то будто ты бы смирился со мной в её жизни, – прохрипел я.
Голос ещё не вернулся полностью. Ну и от эмоций становилось только хуже. И уж совсем я не ожидал, что ирбис повернётся ко мне, оглядев с головы до ног и… пожмёт плечами. Правда, он тут же ушёл, и я не был уверен, не показалось ли мне. Но… Он серьёзно мог бы согласиться на меня в её жизни?! СЕРЬЁЗНО?!
Я бы вот ни за что не согласился. Ну и что что уже частично привык. Просто они как попугаи-неразлучники. Мне уже начинало казаться, что кот был с ней всегда. Вообще всегда. Но если он вот так отреагировал…
Нет, я пытался её соблазнить. Но делал это намеренно демонстративно, чтобы его позлить тоже. Хотел спровоцировать. Нарывался. Хрен пойми зачем. Просто бесило это его вечное спокойствие и рассудительность. Но это его пожимание плечами меняет многое…
В моей голове созрел очередной коварный план. И в этот раз я точно не проколюсь. Ведь права на ошибку у меня больше нет. Осталась лишь пара дней. А потом… Я заберу и стаю, и Эррин. Он же пусть сидит тут со своей тупой добротой…
А реализовывать его я начал уже на следующее утро, пока кот, нанежившись с нашей парой за ночь (ничего у него там не треснет, а?!), наконец-то свалил из дома. Эррин как всегда прошла мимо меня на кухню, делая вид, что не замечает. И я, схватившись за бок, тихо застонал. Намеренно чуть отвернувшись от неё и утыкаясь в подушку.
Пару мгновений она медлила, так очевидно боролась с собой. Но видимо её комплексы насчёт вины перед подопытными теперь трансформировались в желание помогать сирым и убогим. Именно такого я сейчас из себя и корчил.
– Что с тобой? – голос прозвучал грубовато.
Зато она подошла ближе свой сногсшибательной плавной походкой. От бедра – ммм. Ну чисто – как кошка на мягких лапах крадётся. Просто балдею, всего лишь наблюдая за ней… Такая сладкая. Хочу! Себе такую. Её. Чтобы у ног моих сидела. И делала массаж ступней.
Пока же неопределённо дёрнул плечом и снова глухо замычал, продолжая держаться за бок. Там был шрам от глубокой раны, которую она раньше уже зашила. И сейчас замешкалась, но всё же присела рядом и отвела мою ладонь в сторону, осторожно касаясь края шва.
– Тут больно?
Я кивнул, внутренне радуясь, что верно просчитал. Всё это время здесь старался не показывать слабость, специально подкалывал её, приставал, смотрел откровенно. А теперь, когда вдруг продемонстрировал, что якобы страдаю от боли и веду себя иначе, она растерялась, видимо.
– Странно… – нахмурилась. – Я всё обработала, не должно болеть. Была уверена, что уже всё зажило. И на вид вполне себе…
Пока она соображала, что со мной не так, и бормотала ещё что-то под нос, я просто наблюдал за её губами. Чёрт. Как же хочу, чтобы она ими…
Эррин отшатнулась, когда заметила мою слабую пока эрекцию.
– Оно само, извини, – открестился я хрипло и закашлялся, снова хватаясь за бок.
Брови Эррин взлетели. Это её мои извинения впечатлили, похоже.
Кто тут самый умный? Правильно. Новый альфа стаи чёрных волков. И её тоже. Как миленькая будет моей. И в моей стае. Хрен этим облезлым ирбисам.
– Ты же не собираешься всерьёз откинуть копыта, волк? Неужели ТАК сильно болит?
Она явно не понимала, что может там болеть. Да на самом деле в том месте я вообще не чувствовал никакого дискомфорта. Но продолжал глубоко и рвано дышать и постанывать. Усиленно. Даже стыдно не было. Ради дела же.
– Эй, волк… Ты чего?
Эррин встала, оглядывая меня сверху. Будто другой обзор поможет понять причину.
– Уколоть обезболивающего?
