– Ммм… А девочку? С ней ты тоже будешь строг? – она наклонила голову вбок, глядя мне в глаза.
Что это за вопросы такие вообще? Я даже растерялся.
– Пусть с девочкой кот возится, у него это лучше получается.
Ну объективно же с женщинами в нашей семье он лучше находит общий язык. Слишком уж они непостоянные. Мне одной Эррин-то много, а тут такая же будет, но маленькая. Жуть. Сочувствую коту. Но неискренне.
– Ну а ты? – не сдавалась она.
И я понимал, что с дочерью мне тоже придётся периодически взаимодействовать. Но надеялся, что основное возьмёт на себя кот. А я просто буду где-то рядом заниматься сыном… Ну как-то так я себе всё представлял.
– С ней я буду… менее строгим, – пообещал, на самом деле вообще не представляя, как нужно общаться с маленькими девочками. Просто хотелось угодить Эррин сейчас, поэтому так ответил.
Брат вот не подпускал меня к племяннице. Еве* было пять, когда ей представили меня как дядю. Она засмущалась, опустила глазки, но потом глянула хитро и обняла меня за запястье, приподнявшись на цыпочки. Помню, как меня тогда торкнуло. И уже вечером я высказал брату, что он неправ в отношениях с дочерью. Мы подрались в очередной раз. Потому что я не имел права лезть в семью альфы. Но больше нам общаться он не давал.
Племянники относились ко мне холодно и равнодушно. И хотя мы довольно часто виделись, ни один из них не считал меня близким. Да, признаться, мне это и не было нужно. Хотя, встречая иногда Еву, я всё вспоминал, как она тогда прижалась к моей руке. И теперь эти воспоминания снова встали перед глазами. Так себя будет вести наша дочь? Ей наверное нужна ласка… Но я просто не умею быть ласковым…
– Научишься, – вдруг прозвучал голос Эррин.
Я последнее вслух ляпнул.
– На тебе тренироваться?
– Недолго тебе тренироваться, – Эррин улыбнулась и уложила голову снова мне на плечо. -Знаешь, волк, мы с тобой стоим друг друга.
– В смысле? – я уже ожидал, что она скажет, что за нашу прошлую жизнь гореть нам в волчьем аду, и только наш светленький идеальный кот попадёт в свой кошачий рай без блох.
И в принципе почти угадал.
– Мне тоже предстоит многому научиться…
Вдруг её лицо изменилось. Стало озадаченным сначала, а потом сосредоточенным.
– Что? – я нахмурился, и оглядывая её, заметил ненормально шевеление живота.
Чёёёрт! Да я вот так, через кожу и одежду видел выпирающие ручки и ножки. Захотелось заорать. Это было как в фильме ужасов. Но конечно, я не мог позволить, чтобы она видела, что мне страшно.
– Это что там? – указал пальцем на её живот, не дотрагиваясь, но усиленно соображая, что теперь делать.
– Угадай с трёх раз, волк! – с раздражением она попыталась выпутаться из моих рук. – Мне срочно надо в клинику.
– В смысле… Оно… Сейчас что ли?!
Я вскочил с места, готовый тащить её в машину.
– Уф, Адан! – наморщила она нос. – Мне сначала хоть одеться нужно. Это не сиюминутный процесс.
– Одеться…
Я кинулся к шкафу, притаскивая ей половину того, что увидел. Откуда мне знать, что она захочет надеть?! Эррин снова вздохнула, что-то там пробормотала себе под нос, но вслух мне ничего не сказала, только попросила помочь застегнуть молнию сбоку на свободном довольно платье.
– Можно теперь тебя поднимать? Ничего не будет?
Если они начнут рождаться прямо тут, я этого просто не переживу!
– Не будет, поднимай, – милостиво разрешила она, снова устраиваясь на моих руках. – И Ниру позвони, угу?
Точно! Надо срочно звать кота! Пусть он тоже помогает! В конце концов это наши общие дети, почему мне одному отдуваться?!
Он держал меня так, будто бы я могла рассыпаться в его руках при любом неосторожном движении. Его руки подрагивали, когда усаживал меня в машину. И неожиданно мне самой, не потому что «надо», захотелось его успокоить. Настолько он был трепетным и искренним сейчас.
Я ухватила его пылающую ладонь и слегка сжала.
– Это нормальный, естественный процесс, не волнуйся.
Волк посмотрел на меня каким-то загнанным взглядом, а потом рывком приблизился и осторожно обнял за плечи.
– Я не могу жить без тебя, – прошептал мне на ухо. – Вы – самое дорогое, что у меня есть.
– Я рожаю, волк, а не умираю, – вздохнула, неловко укладывая руки на его спине.
Всё ещё не успела привыкнуть обниматься с ним. Это было странно. Но каждый раз меня это трогало. До самого сердца, которое когда-то я считала чёрствым.
И когда он отстранился, я погладила живот:
– Скоро мы уже встретимся, крошки, – проворковала ласково, и он жадно уставился на меня, замерев на месте.
Да, я была неправа, а Нир прав – стоило бы не скрывать от волка то, какой меня научил быть мой любимый ирбис, а наоборот. Тогда глядишь, он сам потихоньку бы перестроился. А то сейчас чуть что зависает.
– Но если мы будем медлить, то принимать детей придётся тебе, – хмыкнула, наблюдая, как он не сводит глаз с моих поглаживающих живот движений.
– НЕ НАДО! – тут же отмер волк, затряс головой.
И захлопнув дверь, уже через мгновение оказался за рулём, набирая Нира.
– Кот! Мы рожаем! – закричал в трубку.
