Его непокорная омега полностью

Он не стал спорить с утверждением Шарлет, когда стянул штаны и вылез из грузовика совершенно голый. Брови Шар приподнялись, и моей волчице это совсем не понравилось. Дэггер был моим. Я безоговорочно доверяла подруге, но ее течка должна была быть близко. Не только я должна была благополучно вернуться в замок. Омеге без пары в течке не справиться с волками.

Я подвинулась к краю грузовика и выскользнула наружу, кашляя, когда едкий воздух наполнил мои ноздри. Шар схватила меня за голую руку.

— Пара, да?

— Да, — я тоже была не в настроении спорить с ней об этом.

Моя волчица хотела выйти. За эти годы я слишком хорошо научилась подавлять ее. Если на этот раз я откажусь от своей истинной природы, то, возможно, не смогу вернуть ее по своей воле.

И у меня не входило в планы попасть в плен, умереть или сделать что-то еще, что я не хотела делать в этой пустыне.

— Что-то не так, Тав. Альфы… они приняли нас слишком легко. Что, если они хотят нас заманить в ловушку здесь, на ничейной земле, теперь, когда мы знаем, что на самом деле делают люди?

— Мы не знаем, что делают люди.

Но ее заявление заставило мурашки пробежать по моей коже, даже при огне и течке.

— Джейкоби не хотел возвращаться домой.

Она была права. Он был здоров, счастлив и боялся за нас. Все должно было быть наоборот.

Вой Дэггера разорвал пустыню на части. Шарлет так увлеклась расспросами обо всем, во что мы верили, что я пропустила его изменение. Я надеялась, что это не единственный шанс увидеть его.

Его волк был великолепен. Мех серый с черным вкраплением, и большие темные глаза. Глаза метались туда-сюда, точно также, когда он был человеком, следя за тем, чтобы ничего не пропустить.

Шарлет может сомневаться, но я последую за ним куда угодно.

Я упала на колени, когда моя температура взлетела до небес.

Это был совершенно другой вид тепла, и на этот раз, это было мое животное, от которого нельзя отказаться. Мех расцвел, растворяя поверхность моей кожи. Мои пальцы сменились когтями, а лицо словно раскололось, чтобы замениться мордой.

Прошло слишком много времени с тех пор, как я чувствовала себя волчицей. С тех пор, как мне позволяли использовать свою полную силу и могущество. Это было потрясающе.

— О черт.

Шарлет сорвала с себя куртку. Когда она вылезла из штанов, я подбежала к Дэггеру.

«У тебя есть план?» — спросила я, разговаривая с помощью телепатии, которую мы могли позволить себе в этой форме.

«Держись поближе к озеру», — сказал он, кивнув Шарлет, которая присоединилась к нам в форме волчицы. — «Мутанты не смогут пересечь его».

Он ничего не объяснил и, не дожидаясь, пока кто-нибудь из нас начнет задавать вопросы, побежал к узкому отверстию в кольце костров.

Одно было ясно наверняка. Дэггер знал больше, чем показывал, и как его пара, я должна была быть уверена, что он расскажет мне все.

Дэггер

Пересечь ложбину того, что осталось от небольшого пустынного озера, было достаточно, чтобы сбить волков со следа. Даже если бы они могли пойти по нашему следу в едкую воду, они бы этого не сделали. Вода была настолько грязной, что обжигала кожу даже сквозь мех моего животного.

Мое животное.

Было все еще трудно поверить, что я действительно изменился. Впервые в жизни волчья часть меня слилась с человеком. Это было похоже на поворот ключа в замке. Недостающая часть, которая сделала меня целым. И это не могло произойти без Тавии.

«У нее усиливается течка», — голос Шарлет звенел у меня в голове. — «Мы должны найти укрытие, чтобы она могла измениться. Она не может быть в своей волчьей форме».

Я знал, что она говорит правду. Я вспомнил, как Зилина пыталась добраться с Аделаем до городских ворот, прежде чем омега-самцы смогли бы напасть на нее. Под влиянием течки желание отдаться было почти невыносимым, и волчица брала верх, отчаянно нуждаясь в самце. Я знал это еще тогда, но ответ Тавии мне в «Хаммере» был доказательством.

«Мы приближаемся к Бесплодным землям. Где ближайший бункер?» — спросил я.

«Недалеко от восточной границы. Мы не успеем».

Я зарычал, рванув вперед быстрее, мои когти впились в песок подо мной.

«Да. Мы успеем».

Тавия оставалась со мной, хотя я знал, что она сопротивляется. «Правильно, мой маленький фейерверк. Ничто не удержит тебя. Ничто». Я заставил себя думать об этом, не заботясь о том, что Шарлет тоже услышит.

Вскоре мы вбежали в Бесплодные земли с пыльными, полуразрушенными лачугами, торчащими на горизонте. Я двинулся на восток, приказав Шарлет продолжать путь в Луксорию. Конечно, она не послушала. Но к тому времени, когда я заметил, что она все еще шла по моему следу, мы уже приближались к скрытому бункеру.