Мужской орган предстал перед глазами во всей красе, и Алеся, совершенно забыв, что хотела быстренько завершить процедуру купания, не отрываясь, его рассматривала. Сейчас, в спокойном состоянии, он не вызывал в ней трепетного ужаса, но с анатомией она была знакома благодаря подружке Ирке, которая просвещала её в подробности интимной жизни.
Пенис был темнее, чем остальная кожа, бархатный на вид, и ей нестерпимо захотелось прикоснуться к нему. Затаив дыхание, Леська легонько провела по нему кончиками пальцев, и сжала ноги. Невыносимо жарко становилось внизу живота, незнакомая сладкая волна захватила тело, и она непроизвольно дрогнувшей рукой надавила на стержень.
На запястье сомкнулись мужские пальцы, заставив Алесю вздрогнуть. Она повернулась вправо, и обомлела — на неё смотрели синие глаза Руслана.
— Принеси чё-нибудь попить. — хрипло попросил он, облизнул губы, и она испуганно вскочила, опрокинув таз с водой.
Какой стыд, неужели он почувствовал, что она там делала? Или очнулся только несколько секунд назад?
— Да… Подожди, я сейчас… — суетливо вытирая воду, залепетала она, боясь на него смотреть.
— Чё это за дом? Ты кто? — слабо спросил он, скосив на неё взгляд.
— Алеся. Иванцова. — нерешительно сказала она, — дочка егеря.
— Как я здесь оказался?
— Не знаю… Тебя привезли мой отец и какой-то парень, имени он не называл. А ты… — она быстро посмотрела на него. — ты помнишь, что с тобой случилось? Это была авария?
Он не ответил, хмуро уставился в потолок, и задавать новые вопросы Алеся не осмелилась. Подхватив таз, метнулась вон из спальни, испытывая стыд за свое поведение…
Гришку он увидел еще издали, когда вышел из машины. Рига уверенно шел между рядами памятников в сопровождении двух охранников, и Алекс уже начал сомневаться, удастся ли поговорить с ним тет-а-тет, как вдруг старый, что-то сказав парням, властным жестом отпустил их.
Было нечто символичное в том, что они, заклятые друзья (или враги?) встретятся именно здесь, среди безмолвия могильных плит. Алекс машинально провел ладонью по куртке, нащупывая сталь оружия, и прогулочным шагом двинулся к могиле Мары.
Григорий стоял у низкой оградки, выполненной плетением цепей, у обелиска лежал свежий букет белых роз. Он не оглянулся, хотя явно слышал шаги за спиной, и Никитин, выхватив пистолет, приблизился вплотную, тотчас вдавив дуло в левый бок старика.
— Здравствуй, Лёша. — невозмутимость, с которой держался Белозёров, злила Алекса, но он загнал ярость поглубже.
Если поддастся ей, всё полетит к чертям, а в этом деле ему нужно хладнокровие.
— Здравствуй, Гриша. — скривил губы Алексей, бросив взгляд на фотографию Мары. — сейчас без суеты идешь со мной, мы едем к нотариусу, и ты быстренько переоформляешь свои тугрики на внучку. Ты меня знаешь, Гриша, я не делаю резких движений, всё будет честно.
— Лихо. — хмыкнул Григорий, скосив глаза вправо. — а на кой тебе это, Лёша? Какое отношение имеешь ты к Алисе?
— Самое прямое, старый козел. — прорычал Алекс, больно всадив дулом в его легкие. — тебе о том знать не положено. Так что, договоримся? Ты один хер, одной ногой в могиле, небось, место себе тут присматривать приехал, а? Короче, базар простой — свои ворованные бабки отписываешь Алиске, и мы с тобой расходимся, как в море каравеллы.
— И только-то? — недобро усмехнулся Рига, не выказывая ни малейшего страха. — а что, недвижимость в десятки миллионов деревянных, и тачки стоимостью в три твоих занюханных дома, тебе без надобности?
— Хлопотно это всё, а мне и твоих деревянных хватит на безбедную старость. Ты всю жизнь, паршивый пёс, указывал мне, что делать и чем дышать! Осточертело, понял?! По тебе давно землица плачет, задержался ты на этом свете, Гришка! Ну, чего вылупился, я тебе не кисейная барышня! Ну?!
— Пошли, чё уж там… Я еще покопчу на этом свете, дружок, попомни мое слово. — с подозрительной легкостью согласился Григорий, первым двинувшись в обратном направлении. — а слово вора — закон, падла!
То, что старый кому-то дал знак, Алекс успел заметить вовремя, нырнул за спиной у Риги, и, низко пригибаясь к земле, начал отходить за памятники. Устраивать стрельбу на кладбище Белозёров вряд ли позволит своему холую, не той он закалки, беспредел не в его правилах. А это давало ему, Алексу, шанс уйти невредимым.
Ну ничего, старая развалюха, мы еще встретимся…
С Борькой мы за все время нашего знакомства не ссорились так, как сегодня. Меня взбесило уже то, что он начал вести себя, будто мой папаша, и заявил, что я ни чёрта не добьюсь, если буду продолжать пить. Сказал так, словно я какая-то конченая алкашка, и демонстративно вылил остатки спиртного в раковину.
Нет, мне не жалко этого дрянного пойла за тысячу баксов, у деда в погребе целый арсенал вина, коньяка и прочей лабуды с градусом. Возмутило поведение лучшего друга, который с таким презрением посмел со мной обойтись, о чем я и брякнула ему. Вот, слово за слово, рассорились в пух и прах…
