Его невольница полностью

— Как спала, северянка? — с улыбкой спросил Волкан, окидывая меня взглядом.

— На спине, на боку, на животе, — ответила ему, загибая пальцы, припоминая, в каких позах наслаждалась во сне Эдом.

— Занятно, — усмехнулся.

— Не то слово!

— Тогда поехали.



Я с готовностью вышла за ним и удивилась, увидев, что он убирает сумку и канистру в багажник своей машины.

— Мы разве не пойдем пешком? — повернулась к ущелью с водопадом. — Тут же идти километр от силы…

— Безопасные пути всегда длиннее.

Запись показаний Ариши Я'мур на диктофон

в кабинете следователя Европола

— Двадцать лет назад Кемаль открывал филиалы «Ford Otosan» в Европе и США, его не было дома больше года. В тот год как раз проводились выборы в парламент, куда избирался Месут, а я успешно провела его предвыборную кампанию…

Я в то время учился в Лондоне в колледже и дома не бывал. Меня устраивали студенческая жизнь и общество русской бабушки по линии матери. Она очень любила меня и во многом потакала, нивелируя этим крутой нрав отца, который отвечал на все мои просьбы и желания «нет» еще до того, как слышал их. Моя мать похожа на свою — такая же светловолосая, с мягкими славянскими чертами лица. Её необычной для турецких женщин красотой восхищались многие, за ней пытались ухаживать, она всегда была в центре внимания. И потому восторженные взгляды дяди не казались чем-то необычным.

— …мы отметили победу традиционным банкетом в агентстве, и Месут повёз меня домой. Две или даже больше недели прошли как в тумане. Он чем-то меня опаивал, насиловал, снова опаивал, я засыпала, он уходил по делам своей новой должности, а когда возвращался, будил меня, снова чем-то поил и тащил в постель. Я была совершенно безвольной.

— Вас не хватились в агентстве? — спросил следователь Европола.

— Нет, у меня в то время открывались филиалы в других городах Турции и в европейских странах, я часто улетала без предупреждения.

— Понятно, продолжайте.

— Однажды Месут не пришёл, и я как будто очнулась. Но тогда мне хотелось, чтобы этого не случалось — он подсадил меня на какую-то наркоту, меня ломало так, что не хотелось жить. Я звонила Месуту, он приехал уже совершенно другим человеком — таким же циничным, жестоким, беспринципным и безжалостным, как был когда-то. Он показал мне видео, как я умоляю его спать со мной и жадно глотаю какие-то растворенные в напитке порошки, но смонтировано было все так, что его голоса и лица не видно. А после видео показал мне положительный тест на беременность. Я не помнила даже, когда делала его, но Месут дал мне новый и я его повторила. Результат подтвердился. Я была беременная от Месута…

— А-а, это ты… — вальяжно бросил четырнадцатилетний пацан, открыв мне дверь. Он жил через пару усадьб от своего отца с домработницей и охраной. — Ну проходи, — его губы скривила циничная усмешка.

Я медленно вошёл в трехэтажный дом с мансардой, прошёл в гостиную и сел.

— Значит, ты мой брат? — спросил зачем-то, разглядывая мальчишку с ног до головы и особенно вглядываясь в его лицо.

Он оказался похожим на мать чертами, но взгляд колючий, ненавидящий, очень злой и совсем не детский. Его тело тоже было крепким не по годам: развитая мускулатура намекала на то, что брат занимался спортом. Он мог бы дать фору мне, а я был старше него на семнадцать с лишним лет.

— Невелика честь, — снова скривился парень в ухмылке и сел в кресло напротив, вольготно развалившись. — Зачем пришёл?

Я не такого приема ждал, потому уже и не знал, что ответить. Было очевидно, что обо мне Кемран прекрасно знал и родственными чувствами не пылал. Скорее, глубоко наоборот.

— Мне жаль, что так случилось… — начал было я.

Но он жёстко перебил: