— И останется дело «за малым», — процедил я, — убедить князя Норэта в том, что между мной и Ким на самом деле нет никаких чувств, а дальше тянуть, как только сможем — до последнего, чтобы магический договор между нами не был расторгнут. Теперь и я опасаюсь этого обстоятельства. И думать.
Думать.
Что. Делать. Дальше.
Я был уверен в том, что свое рыжее сокровище никому не отдам. Никогда. Ни при каких условиях. Но хотелось бы выбраться из неожиданной западни с наименьшими потерями для всех, кто мне дорог.
/Кимьерли Уэст/
Столичный дом Мейсонов встретил меня тишиной, хотя я знала, что и тетя, и дядя находились в доме.
Дворецкий тихим голосом сообщил, что меня сейчас проводят в гостевую комнату, и уже через мгновение в холл спустились две девушки в одежде горничных.
Я сразу определила, что обе не относятся к прислуге Мейсонов, так как их платья отличались от форменной одежды людей дяди — темно-бордовые, а не серые, с белоснежными воротничками, ладно сидящие на фигурках, с изящной вышивкой золотой нитью по краю подола и на манжетах. Выглядели девушки очень представительно.
— Мисс Уэст, меня зовут Джейн, а мою подругу Эдит, — белокурая невысокая девушка в бордовом платье присела в вежливом книксене. — Нас прислал его светлость, чтобы мы помогли вам собраться.
— Замечательно, — слегка улыбнулась, чувствуя облегчение, что не горничные тети будут помогать мне. — Я немного опоздала. Нужно поторопиться?
— Не нужно, мисс. Мы очень шустрые. Мигом нарядим вас! — хмыкнула другая девушка — полненькая брюнетка с умными серыми глазами. — Прошу вас идти за нами. Мы уже все подготовили.
По широкой лестнице мы поднялись на второй этаж. Я знала, что здесь располагались гостевые апартаменты. В одну из этих комнат меня и привели горничные Ричарда.
Прекрасное жемчужно-серое платье висело на специальных плечиках на дверце узкого шкафа и сразу привлекло мое внимание. Помолвочный наряд являлся настоящим шедевром. Нежно-серебристый атлас притягивал глаз, неглубокое декольте и рукава-фонарики порадовали, а струящаяся юбка и тонкие кружева по краю заставили замереть от восхищения.
— Его светлость передал для вас фамильные драгоценности, мисс, — важно сообщила Эдит, снова приседая в книксене и протягивая мне довольно большую бархатную коробку. — Бриллиантовый гарнитур, состоящий из диадемы, серег и ожерелья.
— Его светлость предупредил меня, — кивнула я, аккуратно открывая золотую застежку и заглядывая внутрь бордового бархатного квадрата.
— Мисс Уэст, начнем с ванной, — перехватила инициативу блондинка. — Она уже готова. А после мы оденем вас и сделаем прическу.
С трудом отвела взгляд от роскошных украшений и кивнула, соглашаясь. Захлопнула коробку и отдала Джейн.
После занятий в Бирне горячая ароматная вода стала тем, в чем я сейчас больше всего нуждалась.
Я могла бы пропустить сегодня занятия, но не стала. Решила загрузить голову информацией по самую макушку, чтобы меньше нервничать по поводу вечера.
Меня окутал запах вербены, и пока я позволяла девушкам в четыре руки отскребать меня и мыть волосы, мысли о вечернем мероприятии, наконец, легко проникли в голову и все же заставили волноваться.
И не покидали, пока девушки купали меня, помогали выбираться из ванной, аккуратно обтирали мягкими и нежными полотенцами, бережно расчесывали волосы и одевали меня.
Когда за довольно короткое время мой образ был завершен, Джейн с Эдит подвели меня к огромному напольному зеркалу в позолоченной толстой раме.
— Вы прекрасны, мисс Кимберли, — с восхищением прошептала Джейн, соединяя ладошки в характерном жесте.
— Никого красивее я в жизни не видала! — тихо воскликнула Эдит, с широкой улыбкой рассматривая меня. — Неудивительно, что наш господин потерял голову, мисс!
Голос добродушной толстушки прозвучал так искренне, с такой гаммой эмоций, что я с огромным любопытством уставилась на свое отражение в зеркале.
Некоторое время я рассматривала себя с недоумением, не до конца понимая, что безупречная и восхитительная красавица передо мной — это я.
Лишь, когда взгляд остановился на медно-рыжих волосах, я, наконец, осознала действительность.
Выпрямилась и внимательнее всмотрелась в отражение в зеркале.
Лиф слегка облегал, атласная юбка мягко струилась вниз, благодаря чему фигура выглядела женственно. Тонкие, короткие кружева по краю лифа и рукавов-фонариков придавали образу невинность и нежность. Поднятые вверх в элегантную прическу блестящие волосы, сверкающая в них диадема, бриллиантовые каскады сережек, струящися вдоль линии шеи, разномастные по форме и размеру камни колье, больше похожие на драгоценные капли, создающие ощущение скольжения по коже, — все вместе превратили меня в дивную принцессу.
Я смотрела на себя широко распахнутыми восхищенными глазами, до бешеного биения сердца осознавая, что выгляжу сегодня одновременно женственно, нежно и невероятно романтично. А Ричард Честон, если бы ещё не был влюблен в меня, этим вечером был бы однозначно повержен в самое сердце.