– Со мной можешь, Ева, – забираю из ее рук ноут, отставляя в сторону. – Со мной можешь мечтать о чем угодно, – и обнимаю. Девушка укладывает голову мне на плечо, прижимаясь, как маленький котенок, обвивая за талию своими холодными ладошками.
– Билеты с открытой датой. В любое время, любой день, когда захочешь. Съездишь в отпуск, отдохнешь, получишь массу новых впечатлений! – говорю, утыкаясь губами в темную макушку. – Посмотришь мир. Потрясающие города и невероятные пляжи. Тебе понравится, я точно знаю! – улыбаюсь, представляя, какой искренний восторг будет сопровождать мою снежинку все пятьдесят шесть дней и как невероятно сильно хочется в этот момент быть рядом! Но я не могу навязать ей своей общество, вдруг девчонке захочется разделить такой подарок со своими близкими. Поэтому добавляю:
– Можешь взять с собой свою подругу или бабулю, оба билета оплачены от и до, с перелетами и “все включено”, и я это сейчас говорю не для того, чтобы ты испугалась еще больше. Я хочу, чтобы ты...
– А тебя? – слышу тихое, робкое и неожиданное. Даже теряюсь.
– Что... меня?
– Могу я попросить тебя поехать со мной? – поднимает на меня взгляд снежинка. – Просто я… с тобой хочу.
Я замер. Завис от полной неожиданности. Мотор в груди дал сбой, запнувшись, а я смотрел в полные надежды большие карие глаза и слов не мог подобрать. Правильных. Таких, которые описали бы то счастье, что захлестнуло после ее уверенного “с тобой хочу”.
– Давай поедем вместе, м-м-м? – повторяет Ева, все еще смотря на меня в ожидании ответа. А я что? У меня по-прежнему полное отсутствие складных слов. Могу только улыбнуться и, стремительно подавшись вперед, коснуться ее губ, выдыхая в них заветное:
– Я думал, ты не спросишь, снежинка, – одно жадное, тягуче желанное прикосновение, и я отстраняюсь, сжимая пальцами ее подбородок. – Боюсь, придется моей фирме остаться без генерального директора еще на пятьдесят шесть дней, – пытаюсь пошутить, и вроде бы удается. Ева буквально расцветает на глазах, заразительно и ярко улыбаясь.
– Даже у генеральных директоров должен быть отпуск. Больше чем уверена, что с твоим трудолюбием ты за свою жизнь и не отдыхал нормально ни разу.
– Я дни копил. Ко встрече с тобой.
Просидев перед камином почти все ранее утро, нежась в объятиях друг друга, мы уже по привычке обсуждали все и сразу, перемежая болтовню поцелуями, и время снова пропало с наших радаров. И когда снежинка выдала решительно:
– Я в душ! – стрелки часов уже подбирались к десяти часам утра.
– Может, чуть позже? – тяну, не имея никакого желания выпускать девчонку из кольца своих рук.
– Ты так уже второй час подряд говоришь! – смеется Ева и отстраняется, переползая с моих колен на пол. Целует меня в кончик носа и, подбирая все это же ненавистное мне покрывало, которое скрывает тело любимой от моих глаз, гордо топает в сторону лестницы на второй этаж, демонстрируя свою ровную идеальную спинку с чуть выступающими лопатками и шейкой, которую хочется зацеловать…
Провожаю снежинку взглядом, а сам, обреченно вздохнув, подкидываю в камин еще дров и решаюсь пойти в кухню.
Прямо настоящий джентльмен с несгибаемой силой воли, хотя ноги настойчиво хотят унести меня на второй этаж. В тот самый душ, где под струями наверняка теплой воды нежится моя девочка. Но раз уж я настроен не пугать ее своим напором, приходится снова задушить в себе все лишние порывы.
Хотя после ночи, сомневаюсь, что Ева испугалась бы.
Ставлю чайник, так как мы оба еще не завтракали и, пока он закипает, создаю видимость порядка на кухонных столах, потому что – уверен – угляди Ева, какой тут творится хаос после нашего вчерашнего ужина, бросилась бы убираться тут же. Но сильно “войти во вкус” мне не дают. Буквально через считанные минуты, загружая оставшуюся посуду в посудомойку, слышу за спиной:
– Я здесь! – а меня обдает запахом моего шампуня.
От неожиданности даже оборачиваюсь. Глаза тут же выхватывают хрупкую фигурку девчонки, переминающуюся босыми ногами на голом паркете, в одной моей футболке и с мокрой головой. Волосы распущены и… твою мать, как охеренно вкусно от нее пахнет мной! Все, я, похоже, токсикоман. И лечиться от этого не буду.
– Ты не против, что я взяла твой шампунь? – смущенно улыбается Ева, – местных не нашла в запасах, а мылом…
– Шутишь? – возвращаю ей ее же вопрос. – Ева, я хочу тебя съесть. Честное слово! – я делаю шаг и под тихий хохот снежинки ловлю ее, подхватывая на руки и усаживая попкой на стол. – Ты решила мою выдержку окончательно убить?
– Так это “да” или “нет”? – нарочито задумчиво стучит пальчиком по носу снежинка. И все, у меня напрочь срывает всякие заслоны в мозгу.
– Это “завтракать мы будем минимум через час, а может быть, и два”.
– Да-а-ам! – заливисто хохочет девчонка, когда я, пробираюсь ладонями по ее стройным ножкам прямо под футболку и зарываюсь носом в длинных, влажных после душа волосах. Чуть двигая ее ближе к краю стола и совершенно не имея намерений отпускать. Мы с “дружком” еще с вечера не насытились ею и жаждем начать свой завтрак сразу с “десерта”.
