Дурное предчувствие заставило меня бежать со свадьбы еще до знакомства с женихом. И не абы куда бежать, а к аферисту, который сначала мне помог, а потом объявил своей пленницей. Я делаю все, чтобы не выдать свою настоящую личность, не выдать то, что я сбежавшая принцесса, а этот парень… он просто подозрительный. Подозрительно красив, хотя скрывает это, подозрительно умен, подозрительно разбирается в политике… Кем бы он ни был, я разгадаю его. Но, кажется, он хочет разгадать меня сильнее.
— Вы такая красивая! — ахнула Илинна.
Илинна была очаровательной толстушкой, чуть за сорок. Невысокой, курносой, со смешными торчащими ушками и большими глазами, как у совы. Она меня вырастила, и по праву считалась второй мамой, после настоящей королевы — матери. Наверное, у всех членов королевской семьи так. Есть официальные родственники, которым нет дела до тебя и важна лишь твоя кровь, и есть слуги, которые проводят с тобой так много времени, что нехотя начинают обращать внимание на твою душу.
— Жених будет в восторге! — продолжала Илинна, — он как увидит Вас, так и влюбится без памяти!
Наверное, так оно и работает. Мужчины видят красивую девушку и влюбляются в нее, как в картинку. Жаль, что женский мозг устроен иначе, и нам недостаточно, чтобы мужчина был красив. Было бы проще.
— Ну чего Вы какая кислая? — Илинна потрепала меня по щеке.
— А ты не была бы кислой, если бы насильно выходила замуж?
— Так я и вышла! Вот только моим женихом был кузнец — пьяница, а Ваш вроде как король.
— Принц, — поправила я, — королем он станет позже, а пока лишь принц, — и со вздохом добавила, — но он иностранец!
— И хорошо. Повидаете чужие края.
В голосе Илинны послышались печальные нотки. Да неужели? Неужели наша госпожа «Я скрываю свои настоящие эмоции» вдруг прокололась?
Я посмотрела на себя в зеркало. И правда красивая. Хрупкая, нежная, в белом пышном платье с кружевами. Когда — то в этом платье выходила замуж моя королева — мать. Я походила на нее. Те же лисьи глаза и острый нос. Те же темные волосы и широкие брови. Те же разбитые мечты и вынужденный брак. На миг показалось, что платье пахнет солью. Солеными слезами моей матери. Закружилась голова.
— Да полно Вам, — продолжала Илинна, — вот портрет. Полюбуйтесь на него. Ну?
Я уже видела портрет будущего мужа. А как не видеть? Картину прислали в подарок по случаю грядущего союза. Могли прислать что угодно! Деньги, украшения, диковинные фрукты в конце концов… Но нет, они прислали портрет. Отец настоял, чтобы принца Августа Эдоардо Фридерика Третьего повесили в моей комнате прямо над кроватью. «Чтобы глаз привыкал,» — сказал он. Что ж, мой глаз и привыкал. Будучи в плохом настроении, я частенько метала в физиономию принца Августа ножи. Иногда даже попадала ему между его карих глаз. Мой жених с картинки был высоким, с золотыми кудрями и идеальными пропорциями лица. Настолько идеальными, что художники бы взвыли от того, насколько скучное у него лицо.
— Ты же знаешь, как рисуются портреты? — ухмыльнулась я, — повезет еще, если хотя бы цвет глаз совпадет.
Снова посмотрела на себя в зеркало. Такая молодая, и уже узница.
— Ну что Вы все недовольны? — спросила Илинна, — Вы же сами сказали его величеству, что с радостью исполните свой долг дочери и принцессы, а это что начинается?
— Я хочу познать жизнь, хочу вырасти. Хочу стать другим человеком. Мудрым, опытным, талантливым… а если я выйду замуж, то мы обе знаем мое будущее.
— Родите наследника, это будет прекрасный мальчик.
— Который займет трон чужой страны, — перебила я, — а я стану лишь… инструментом для выведения потомства?
Недолго мы молча смотрели друг на друга, и в лице Илинны промелькнуло нечто новое, жалость?
— Хотите секрет? — спросила служанка.
Конечно, я хотела, и Илинна прекрасно знала это.
— Я поняла это только после свадьбы, но Вам будет полезно узнать сейчас.
В горле встал ком. Что за секрет? Неужели будет лекция про первую брачную ночь? Стало неловко. Во — первых, от того, что я реально почти ничего об этом не знаю, а во — вторых… не хотелось думать о том, что придется быть с нелюбимым человеком. Нет, возможно, однажды я смогу полюбить своего жениха, привыкнуть к нему, но в глубине моей души жил романтик, и он нашептывал снова и снова: «Такая любовь — это не любовь!».
— Всем руководит женщина, — сказала Илинна.
Я удивилась и немного разочаровалась. Так значит секрет совсем о другом.
— Большинство вещей делаются руками мужчины, но все это происходит ради женщин, — продолжала моя служанка, — ради нас мужчины стоят дворцы и выигрывают войны. Запомни, Македония. Мы женщины как кукловоды. Никто не видит нас, но именно мы дергаем за ниточки. Стать женой, это научиться…
— Правильно работать руками, да — да, — перебила я и рассмеялась.
Знаю, глупая шутка, тем более для принцессы. Мне стало стыдно сразу, как я увидела недовольное лицо Илинны.
— Я веду к тому, что станете Вы лишь инструментом для выведения потомства или мудрой королевой, зависит от Вас же самой, — закончила Илинна и вышла в коридор.
Ну вот. Я ее обидела. Илинна хотела дать важные советы, те самые советы, которые никто больше не даст, а я ее обидела. На душе стало паршиво, как в моменты, когда проспал больше, чем планировал, или, когда съел больше, чем хотел, или когда обидел того, кого нельзя было обижать.
