– Конечно, – кивает с энтузиазмом. Волосы вокруг лица разметались, и ей приходится все время сдувать непослушные пряди, падающие на лицо.
– Спасибо, – забираю с покрывала тюбик смазки и выдавливаю на пальцы. Нежно касаюсь ими между ягодиц и скольжу до тугого колечка.
– Влад? – в голосе Инны нарастает тревога. – Ты что делать собрался? Влад?
– Хочу лишить твою попку девственности. Она же у тебя еще девственная?
– Да и я бы хотела, чтобы такой она и осталась, – дыхание моей женушки становится поверхностным и прерывистым.
– Инна, – прижимаюсь грудью к ее спине, вдавливая в матрас. Пальцем аккуратно поглаживаю колечко и ныряю немного внутрь. Провожу языком по чувствительной коже шеи. – Тебе понравится. Доверься.
– Нет, – она мотает головой, – извращенец развратный.
– Да, – прикусываю ее плечико. Палец погружаю глубже, разминая тугое колечко. Медленно вхожу и выхожу.
– Черт, – раздается сдавленно. Инка замирает, уперевшись лбом в покрывало, – ты плохой, очень плохой развратный муж. Как я после такого в глаза тебе смотреть буду? Гад, какой же ты гад, Влад.
Гад – Влад… даже звучит созвучно. Мда…
– Твой треп немного сбивает, – вздыхаю я. Свободной рукой сминаю подвязку и аккуратно запихиваю в болтливый ротик.
– Сволочь, – практически неслышно доносится через самодельный кляп.
– Тебе очень идет быть послушной, – шепчу ей на сладкое ушко. Продолжаю осторожно растягивать девственное колечко уже двумя пальцами и параллельно отвлекаю, лаская свободной рукой клитор. Там и там, нежно и скользко. Инна жмурится, распрямляет свои плечики, оттопыривает больше попку. Она постепенно расслабляется, позволяя мне запретные ласки.
Когда ее стоны требовательно пробиваются через кляп, убираю пальцы и раскатываю по стволу презерватив.
– Не представляешь, насколько ты прекрасна сейчас, – сообщаю ей, толкаясь в попку возбужденной головкой. Инна дрожит, но поддается, принимая меня полностью. Мне в кайф, насколько она мне доверяет и как отдается.
Для анального секса нужна хорошая выдержка и самоконтроль, особенно в первый раз. Если опыт будет положительным, то когда-нибудь мне дадут еще раз. А может, и не раз.
Поэтому сдерживаю себя, как могу, медленно толкаюсь в безумной тесноте. Внутри всего раздирает от подкатывающего оргазма, тело в испарине, дышать становится тяжело.
Инка, блядь, моя идеальная малышка. Прислушиваюсь к ее вздохам, которые постепенно становятся все красноречивее. Поглаживаю клитор, ныряю пальцами в ее сладкую текущую киску, ласкаю во всех местах.
– Инна, малышка, моя развратная девочка, – не получается больше себя контролировать, толкаюсь быстрее и глубже. – Малыш, я уже, – по телу жены проносятся судороги, оповещая о подступающем оргазме. Мой член сжимается мышцами, сдаивая сперму в презерватив. Кончила, развратница.
Падаю без сил на спину Инны, нежно поглаживаю, словно самую ценную добычу.
– Ты, – избавившись от кляпа, она оборачивается ко мне. Оргазм схлынул, и на Инку накатила стыдливость. – Вытащи из меня свою палку. Извращенец.
– Тебе понравилось, ты кончила, – заявляю довольно.
– Нет, – шипит, моя красная, как рак, и насквозь лживая малышка, – вообще нет. И слезь с меня, у меня колени уже в кровь, наверное.
– Сейчас, – тихонько смеюсь Инке в спину. – Ты такая забавная, моя скромная развратница.
Осторожно вынимаю член и стаскиваю презерватив. Освобождаю Инкины руки. На запястьях остались небольшие следы от связывания. Попка все еще красная, да и коленки оказались прилично стёсанными.
– Теперь все будут знать, что ты со мной делал, – она трагично осматривает отметины на коленях, потом осторожно касается пальчиками алых ягодиц.
– И завидовать, – киваю я. Обнимаю Инну, прижимая к себе крепко. – Завтра ничего не будет видно. Ин, я никогда не стану с тобой перебарщивать.
– Все равно гад, – она тихонько всхлипывает, – сексуальная сволочь. Развратник. Ты меня растлил.
– Серьёзно?
– Да, – она хмыкает носом, утыкаясь мне в грудь, – мне понравилось. Как я теперь жить с этим буду? Прямо в попу.
– А ты не знала, что так бывает? – с сомнением поднимаю ее подбородок и пристально смотрю в глаза. Не могла Инка быть настолько невинной.
– Нет, ну я думала, таким только проститутки занимаются. И нимфоманки какие-нибудь. Это же… ну… ой все! Я в душ.
Не позволяю Инке уединиться, чтобы начать себя накручивать. Захожу за ней в просторную душевую кабину и склоняю к еще одной порносессии. На этот раз развратно и во всех доступных позах, но без осквернения того места, которое теперь под строжайшим запретом.
Веки разлепляются где-то ближе к полудню. Заслоняю лицо от солнца ладонью, сразу натыкаясь на обручальное кольцо на нем.
Я жена.
Второй раз.
Свадьба вспоминается как что-то нереальное. Роспись, частный самолет, наша первая брачная ночь.