— Сегодня у меня полно дел. Ответственные встречи, — наконец добавляет все еще безотрывно смотрит на меня, — затем мне подадут машину, нужно уехать на встречу, к пяти я вернусь обратно в университет.
Переходит на деловой лад и дает свои обычные распоряжения относительно документов и дел, которые я должна переделать к его приходу. И словно не он только что мне делал странное и крайне непонятное предложение.
Киваю, принимая во внимание перечень всего, что должна переделать к его приходу.
— Дождитесь меня, Вишневская, и мы продолжим наш разговор где-нибудь в другом месте. Более располагающем к общению, — заканчивает, неожиданно возвращаясь к основной теме.
— Я с вами никуда не пойду, спать с вами тоже не буду!
Опять поднимает вверх палец.
— не торопите события. Пока мы с вами просто поговорим. Если не ошибаюсь, Шаповалов только что вас слишком сильно прессовал, выбивая взаимность?
Сжимаю с силой губы. Он меня теперь этим шантажировать будет?
Но декан опять удивляет.
— Пока вы в моем кабинете — вы в безопасности. Не рискнет Арсений пойти против моего слова. Заявиться в кабинет сейчас для него непозволительная дурость, а вот подстеречь вас после вашей работы и продолжить начатое в духе мажора.
Я, наверное, бледнею, потому что декан хмурится и опять берет мое слабое запястье, сжимает в своих сильных пальцах практикующего хирурга и отсчитывает пульс.
— Советую попить боярышника. Курс месяц. По пятнадцать капель. Растительное средство седативное подействует на нервную систему. И не помешает занятиям, усидчивость не потеряете.
— Филипп Константинович я не понимаю вас? Вы меня запугиваете, убеждаете, шантажируете? И вместе с тем делаете назначения, чтобы у меня нервная система не выгорела?
Опять улыбается. Лицо у него приятное, располагающее. Не красавец, но есть что-то притягательное. Это называется шарм. Наверное. Обаяние. Хоть я ощущаю, как декан загоняет меня в угол, он делает это крайне аккуратно, не вызывая моей агрессии.
— Думайте что хотите, Вишневская. Я в состоянии исполнить каждое из ваших обвинений. Но. Сегодня я предлагаю вам защиту и ужин в моем обществе.
Опять порываюсь отказать, но мужчина резко наклоняется ко мне, и я отшатываюсь, вжимаюсь в спинку кресла.
Опасность. Она исходит от Филиппа Константиновича, читается в его сероватых глазах, которые смотрят на меня сквозь стекла очков.
— Если вы уйдете из университета в моем сопровождении, те кто сильно заинтересован вас прессовать, это увидят. Шаповалов еще та сволочь, но он никогда не пойдет против того, кто заведомо сильнее. С вас Вишневская всего лишь ужин в моей компании, непринужденная беседа без продолжения в горизонтальной плоскости.
Сглатываю ком открываю рот и опять закрываю.
— Вы мне нравитесь, Алина Николаевна, более того. Впервые за долгое время меня по-настоящему тянет к женщине, но именно сейчас я предлагаю вам только то, что предлагаю. Совместный ужин. Не более. Я цивилизованный человек, а не голодный до женского тела желторотый слюнтяй. Как бы я не хотел, ничего не предприму. Всего лишь ширма для вас, чтобы кое-кто сильно назойливый прекратил преследование по крайней мере на сегодня.
Замолкает и окидывает меня прицельным взглядом, выпрямляется и смотрит на меня. Декан выглядит надежным. Хорошо взбит, хоть и не слишком высок в росте. В принципе этому мужчине не нужно клеить студенток, он выглядит так, что не может иметь проблем с женщинами.
Не выдерживаю его натиска, отвожу взгляд и отбрасываю эмоции, думаю о его предложении.
Затихаю на минуту. В то время как декан возвращается к своим делам, перебирает бумаги, словно забывая о том, что я замерла в кресле напротив него.
Звонок телефона заставляет вздрогнуть. Декан отвечает.
— Да. Господин ректор. Документы у меня. Сейчас подойду.
Отключает звонок и смотрит на меня.
— Ну что, Алина, отужинаете со мной сегодня? — задает вопрос светским тоном и я следую своей интуиции, вспоминаю слова бабушки, которые она сказала прежде, чем я покинула ее квартиру и тихонечко киваю, в знак согласия.
Работа в деканате идет своим чередом. День насыщенный. Бегаю с документами из одного конца университета в другой.
Временами поглядываю на часы. Стрелка неумолимо приближается к часу, когда декан придет за мной.
Не знаю зачем я согласилась. Почему уступила. Точнее. Знаю. Хоть какая-то защита от Арсения мне нужна. Лишь на короткий промежуток времени, чтобы понять что делать дальше.
Пока перекладываю бумаги ответ приходит сам вместе с решением, я не буду скрывать от декана, что нахожусь в положении.
Глядишь он сам и отстанет. Кому нужна девушка для серьезных отношений, которая уже беременна.
Другой вопрос, что Филиппу Константиновичу не составит труда выяснить чьего ребенка я ношу.
Декан может сопоставить факты, все же не глупый человек, врач в конце концов…
Как только дохожу до этой мысли бумаги, которые держу в руках рассыпаются.
А что, если он сообщит об этом Ставрову?
Общие знакомые у них есть. Декан близок с ректором, а ректор с Леском знаком и в весьма теплых отношениях, как я уже это видела на свадьбе.
— Что же мне делать?! Как быть?!