Она называет сумму, и его глаза на миг покидают дорогу, чтобы взглянуть на нее.
— Что заставило тебя думать, что Руперт тот мужчина, который готов к этому?
Она пожимает плечами в темноте.
— Я не знаю. Я услышала сплетни, его секретарша иногда выполняла его поручения, бронируя дорогие номера в отеле и оставляя конверт с десятью тысячами фунтов наличными.
— Я знаю, — говорит он тихо.
— Почему я?
Они останавливаются на красном свете светофора. Его пальцы сжимают руль. Длинные, сильные пальцы. Она смотрит на них.
И думает о том, как бы они передвинулись на ее тело. Он поворачивается к ней, его глаза резкие и опасные, полные обещаний.
— Ты хочешь узнать цветочную версию или напрямую.
Она прикусывает губу.
— Напрямую.
— Я хочу тебя жестко трахнуть до бесчувствия с того момента, как наши глаза встретились.
— А цветочная версия?
— Сейчас я думаю об этом, нет цветочной версии. Есть то, что есть.
Она поворачивается, чтобы посмотреть на его профиль. Он по-прежнему непреклонный.
Похоже, она прыгнула из огня, да в полымя? Все богатые люди тайно имеют какие-то извращения в своих сексуальных желаниях?
— Под трахнуть меня жестко и до бесчувствия, вы подразумеваете какие-то жуткие или эксцентричные сексуальные вкусы?
Он мельком смотрит на нее. И опять же, выражение его лица, находится за пределами ее понимания.
— Нет, но я хочу использовать тебя настолько часто, насколько пожелаю, не зависимо от способа, в течение всего времени, пока я буду хотеть.
— Ох! — Как не странно, но его оскорбительные слова высвобождают вспышки острого сексуального возбуждения в ее теле. — Я... и как долго вы думаете?
— Я решу это завтра. Но я предполагаю, один месяц буду это делать.
— Что делать?
— Не дашь мне скучать.
— И вы готовы заплатить сто тысяч фунтов за это?
Его губы скрутились в иронической улыбке.
— Когда я сделал свое предложение, я не представлял, во сколько ты оценила себя, это очень высоко, но я не расстраиваюсь из-за этого. Несмотря на все заверения об обратном, никто не хочет торговаться. Они соглашаются на это только лишь потому, что не могут позволить себе лучшее, — он бросает взгляд на нее. — Дешево, как правило, означает, что ты получаешь гарантию безопасности, ты, в сущности, озвучив такую цену, становишься под удар.
Лана думает, что ее мать прочесывает супермаркеты, в поисках вещей, которые выставлены со скидкой, потому что по завышенной цене их не могут продать к определенной дате.
— Я потребую деньги вперед. Итак, как мы это сделаем?
— Мой адвокат составит соответствующий договор, ты должна будешь подписать его. После того, как ты это сделаешь, деньги будут на твоем счете в течение нескольких минут.
— Что-то вроде контракта?
— Соглашение о неразглашении.
Она кивает.
— Я полагаю, что богатые люди должны защищать себя.
— Да, — отвечает он коротко. Восстанавливается неловкое молчание.
Он, кажется, занят своими мыслями. Лана поворачивает голову, в которой поселилась уже пульсирующая боль, и смотрит в окно. Он быстро едет, и они уже на Эдгваре Роуд.
— Я пошлю кого-нибудь завтра в полдень, чтобы отвезти тебя в твой офис, и ты сможешь забрать там свои личные вещи.
— Окэй, я могу пойти туда и сама.
— Я чувствовал бы себя счастливее, если бы ты была с сопровождением. Доставь мне удовольствие.
Она задумывается на мгновение. Ее точно не слишком прельщает перспектива, случайно наткнуться на Руперта.
— Ну, у меня только пара старых кроссовок там. Я не буду заморачиваться, чтобы забрать их.
— Как хочешь.
Они подъезжают к блочным муниципальным многоквартирным домам, в котоом она живет.
Он с удивлением оглядывается вокруг. Это ужасная жилищная недвижимость, которую он считает глубинкой города. Раньше он никогда не был в таком ужасном районе.
— Ты живешь здесь? — он не может скрыть своего отвращения.
— Да, — просто отвечает она.
Он останавливает машину напротив двухэтажного многоквартирного дома.
— Который твой?
Она указывает на последнюю квартиру на первом этаже, и говорит:
— Это моя.
Он не выключает двигатель, но поворачивается к ней.
— Дай мне свой телефон.
Она протягивает ему.
Он нажимает некоторые числа и ждет. Когда его телефон звонит, он нажимает на кнопку «отключения».
— У меня есть твой номер, и ты получила мой, — говорит он и протягивает ей телефон обратно.
— Спасибо.
— Возьми пару таблеток аспирина и ложись спать. И оставайся свободной завтра. Весь день.
— Oкэй.
— Я буду на связи завтра вечером.
Он наблюдает за ее шатающейся походкой и нерешительно передвигающимися ногами в этих ужасных туфлях, с усиливающимся цокающим звуком об асфальт, поднимающейся по лестнице и держась за металлические перила. У входа в дом, она разворачивается и поднимает руку, чтобы сообщить ему, что она благополучно дошла домой, и, что ему не следует ее больше ждать. Он не реагирует.
Просто сидит в машине, наблюдая за ней. Она пожимает плечами, и садиться на переднюю ступеньку, снимая с себя туфли. Держа их в руке, она вставляет ключ в дверь.
