Его спасение полностью

Дождь… Всегда не любил его. Слишком много связано с ним воспоминаний, они причиняют боль, заставляют переживать ее снова и снова.

Я стоял у окна, курил и слушал, как капли барабанят по стеклу. Город был покрыт мраком, таким же темным, как моя душа. Я уже привык не спать по ночам, да и вообще мало спать. Каждый раз, закрывая глаза, я вспоминал смерть моих друзей, крики и ужас войны. Как не получилось спасти их и себя, а дождь смывал нашу кровь. Дождь… Всегда любила его. Он приносит мне умиротворение, ощущение свободы и чувство новой жизни.

Я шла, подставляя лицо каплям и ловя их языком. До дома оставалось несколько остановок, а я уже промокла насквозь. С дождем у меня связано много хороших дней: лучший день рождения в детстве, воспоминания о родителях, сдача диплома. Многие мои знакомые считают меня чокнутой, а мне нравится перепрыгивать через лужи и кружиться под дождем, как в детстве.

Сегодня у меня выходной и я собиралась пройтись по магазинам. Стоя перед зеркалом, думала, как уложить волосы. Мне повезло, как всегда говорила мама, они были объемные и красивого пшеничного оттенка. Подкрасила глаза, надела любимые джинсы, белую футболку, сверху красную клетчатую рубашку, кеды, подхватила рюкзак и вышла из дома. Мои родители переехали в Москву несколько лет назад по работе отца, но я еще училась, поэтому осталась в нашем городе. После учебы решила не уезжать, уж слишком я люблю место, где выросла.

Своего транспорта у меня нет, я вообще любитель ходить пешком, тем более до торгового центра всего несколько остановок. Когда я почти была на месте, увидела девушку, стоящую на пешеходном переходе и что-то нервно кричащую в трубку телефона.

— “Наверное, ругается с парнем или родителями” — подумала я.

Немного пройдя, я увидела несущуюся слишком быстро машину, даже не пытающуюся затормозить. Обернувшись, поняла, что девушка ее не слышит и продолжает стоять на месте, крича на кого-то в телефоне.

— Осторожнее, машина! — крикнула, но она меня не услышала.

Не знаю, чем я думала в тот момент, но просто побежала. Она обернулась в последний момент, когда машине до нее оставалось каких-то десять сантиметров. Наверное, это был шок, потому что она не сдвинулась с места, а просто застыла с ужасом на лице. Не знаю, как я успела, но толкнула ее, и мы вместе покатились по асфальту, а машина пролетела мимо.

— Вот козел! — услышала ее голос.

Я посмотрела на нее, колени были разодраны от удара об асфальт, один рукав платья оторвался. Впрочем, я выглядела не лучшим образом: джинсы в пыли и порвались в паре мест, один локоть в крови.

— Ты же умереть могла, чокнутая! Зачем?

— Не знаю, — меня немного потряхивало и голос дрожал. — Как-то рефлекторно получилось.

— Ну в любом случае, спасибо тебе, — она дала мне руку, чтобы помочь подняться.

Поднявшись, я рассмотрела ее внимательнее: большие карие глаза, красивые черты лица, модельная фигура. Я была не из богатой семьи, но все же поняла, что деньги девушка не считает. Одни часы на ее руке стоили целое состояние, они, кстати, были полностью разбиты.

— Твои часы, — мотнула я головой в их сторону.

— Да ладно, еще есть, — махнула она рукой.

Что ж, мир богатых и знаменитых мне никогда не понять. Я уже собралась пойти до аптеки, купить что-нибудь, чтобы обработать рану на локте, как услышала:

— Стой, поехали ко мне, приведем себя в порядок. Должна же я как-то отблагодарить тебя за свое спасение.

— Не стоит, я зайду в аптеку, — ответила ей.

— Ничего не хочу слышать, мой водитель сейчас приедет. Вот, кстати, и он.

Из-за угла выехал черный внедорожник и остановился рядом с нами. Дверь открылась, вышел молодой человек.

— Анастасия Николаевна, прошу прощения, застрял в пробке на Ленина, — пытался он оправдаться.

Я решила, что на него кричала девушка. Он открыл перед ней дверь и только сейчас заметил меня и наш потрепанный вид. Поднял бровь в немом вопросе, но ничего не сказал.

— Так все, пойдем и не сопротивляйся, пожалуйста, — она посмотрела на меня таким умоляющим взглядом, что я не смогла ей отказать.

Наверное, я все-таки чокнутая, подумала, сев в машину. Еду неизвестно куда, в машине как из ганстерских фильмов, с неизвестными людьми.

— Я Настя, — ее голос выдернул меня из мыслей.

— Лера, очень приятно. А где ты живешь?

— За городом, — заметив мое немного побледневшее лицо, она добавила, — Совсем недалеко, у нас дом.

— У вас?

— Да, я живу с отцом и братом, хотя у брата своя квартира, у нас он бывает чаще, чем там, — рассмеялась она, — А ты живешь с родителями?

— Нет, одна. Родители переехали в Москву.

Она покачала головой в знак понимания, тут позвонил ее телефон. Извинившись, она взяла трубку, сказала, что скоро приедет и снова повернулась ко мне.

— Лер, пожалуйста, не пугайся, мой брат немного хмурый и не общительный человек. Ему тяжело общаться с людьми.

— Почему?

— Он был на войне, его это сильно задело.