Вейдер замер. На мостике воцарилась мертвая тишина, все застыли, опасаясь шевельнуться и привлечь внимание ситха. Главком молчал, видимо, переваривая новости и явно пытаясь взять себя в руки. Наконец, ситх вычленил из слов чисса главное.
– Успешно отражена. Подробности!
– Во время пребывания в доках Куата группой наемников под предводительством двух одаренных, опознанных как джедаи, было совершено нападение. Отразив атаку, господин Люцифер убил джедаев, после чего пришлось совершить тактическое отступление перед лицом превосходящих сил противника.
– Это перед кем? – Вейдер сложил руки на груди. Чисс продолжил доклад:
– Магистр Ордена джедаев Оби-Ван Кеноби и магистр Шаак Ти.
Лорд снова застыл, Траун просто физически ощущал направленный на него полный бешеной ярости взгляд.
– Кеноби… Дальше.
– Пока господин Люцифер отвлекал противника, нами был захвачен экспериментальный образец шаттла. Магистр Кеноби сумел повредить пол, что дало возможность отступить без потерь.
– Гхм!
Вейдер слегка наклонил голову набок, что-то обдумывая и постепенно остывая.
– Что с моим сыном? Почему он не отвечает на вызовы?
Траун краем глаза отметил, что присутствующий при разговоре персонал – офицеры и пара связистов – просто позеленели, осознав масштаб грозившей им опасности. На лицах людей был написан шок, невероятный по своей силе, постепенно перешедший в ужас, резко сменившийся облегчением. И снова ужас… Непоправимого не случилось… Беда прошла стороной… Но она все еще рядом.
– В настоящее время господин Люцифер отдыхает после боя.
– Хорошо, – Вейдер слегка пошевелился и снова замер. – А теперь еще раз и поподробнее.
Ситх как раз медитировал, когда его буквально подбросило в кресле от пронесшейся по связи с сыном волны ярости, а затем – какого-то злобного удовлетворения. Вздрогнув, Вейдер сосредоточился, пытаясь понять, что происходит. До него доносилось эхо от испытываемых Люком гнева и злобной радости, постепенно переросших в невероятное по своей силе бешенство, сменившееся приступом боли и дикой усталости.
Попытки хоть как-то связаться с сыном по ментальной связи, понять, что происходит, ничего не дали. Огромное напряжение и, одновременно, усталость, вот и все, что чувствовал Люк. Комлинк не отвечал, впрочем, это было понятно – если корабль в гипере, никакой связи быть не может. Однако стоило проверить.
Вылетев из кабинета, Лорд примчался на мостик и приказал связаться с «Местью», что связисты с легкостью обеспечили. И вот это уже вызывало вопросы. Когда, наконец, ситх увидел голограмму Трауна, он уже дошел до точки кипения, готовясь растерзать всех, кто подвернется под руку, но первая же фраза коммандера сбила яростный настрой. Ушлый чисс сразу дал понять, что Люк жив и здоров, опасность миновала и он в безопасности. Выдохнув, мужчина прикрыл глаза, вдыхая и выдыхая, беря себя в руки и успокаивая вздыбленные нервы. Но следующая фраза снова заставила его заскрежетать зубами.
Кеноби. И, словно этого мало, Шаак Ти.
Рассказ чисса, дословно передавшего весь разговор (присутствующие при этом связисты и обслуживающий персонал с обеих сторон даже не шевелились, опасаясь пропустить хоть слово), внес немного ясности и заставил сжать кулаки.
Реван. Ситху сразу же стали понятны действия джедаев. Не просто похитить или, на худой конец, убить Люка, но полностью переделать его как личность. Реван был почти трупом, когда попал к джедаям: Малак очень хотел избавиться от соперника. Что с того, что его разум был разрушен? Джедаи ведь не восстановили его старую личность – и не важно, по каким причинам. Важно то, что созданная ими новая личность была другой, и даже когда некоторые воспоминания стали возвращаться… Полностью они так и не вернулись, он стал другим. Кем-то с отдельными фрагментами воспоминаний Ревана. Это уже был не он, не джедай, ставший ситхом осознанно. Кто-то другой.
По мнению Вейдера, убить было бы милосерднее.
И это они хотели сделать с ребенком?
Вернуть его к Свету вот таким способом? Люк слишком себе на уме, он не поддастся чужим уговорам, на него не подействует постоянное чтение нотаций об опасностях Темной стороны. Ведь иначе – никак. Предложить беглецам ребенку, у которого есть все – нечего. У них нет ни власти, ни влияния, ни возможностей… Ничего, что ценит его сын.
Сердце бешено заколотилось в груди, лицо под маской покрылось бледностью. Ситх почувствовал, как где-то внутри шевельнулась Тьма, привычно растекаясь по венам жидким огнем. Выдохнув, он замер, сосредотачиваясь и беря себя в руки. У них не получилось. Сын в безопасности! Повторив это про себя несколько раз, Вейдер смог успокоиться, в достаточной степени для того, чтобы продолжить разговор.
