В кухне показался удивленный сын.
— Мам?
— Умылся? — постаралась улыбнуться. — Садись скорее, пока не остыло.
Макар завтракал, потом одевался, мы вместе собирали рюкзак. Все как всегда, словно обычное утро, только у меня из головы не идет проклятый звонок, и я злая, как черт. Приехать к ней, еще что сделать? Дрянь.
— Хорошего дня, родной, — пожелала, когда остановила машину у ворот школы.
Макар поцеловал меня в щеку. Вприпрыжку поскакал учиться. Я вырулила на дорогу. Нужно заехать в ресторан, там документов накопилось море. Потом встретиться с поставщиками. Потом…
На светофоре вместо того, чтобы ехать прямо, я резко свернула направо. И чуть не врезалась в черный джип. Ладонями ударила по рулю, сжала его дрожащими пальцами и чертыхнулась.
Соня, приди в себя.
Чтобы успокоиться сбросила скорость, и до больницы просто ползла. Заехала на парковку, заглушила двигатель.
Так. Она хочет меня видеть, а я не собираюсь от нее бегать, она хочет поговорить — мне тоже есть, что сказать.
Вышла на улицу и поежилась, подняла воротник пальто. По скрипучему снегу дошла до дверей. И спросила охрану:
— Как можно пройти к Полине Ризовой?
— Приемные часы вечером.
— А врача можно увидеть?
Спустя десять минут я уже сидела в кабинете.
— Она мне сама позвонила, сказала, что вы ей разрешили.
— Да, это было при мне, — ответила врач.
— Тогда вы слышали, как она просила меня приехать. Вечером я не смогу, сейчас можно с ней встретиться?
Женщина забарабанила ногтями по столу.
— На десять минут можно.
— Этого хватит, — заверила.
Меня провели в небольшую комнату с обшарпанным столом и двумя стульями. Потом появилась санитарка и завела в комнату Полину.
На бывшей подруге застиранный халат со стрекозами — такие, наверняка, выдают здесь. Она причесана, но без косметики и прежнего лоска кажется незнакомкой.
— Ты все-таки приехала, — она слабо улыбнулась и присела за стол.
Я покосилась на санитарку, что замерла в дверях. При ней общаться не хочется, но вряд ли она выйдет. Вздохнула и опустилась на стул напротив Полины.
— Слушаю тебя.
— Я хотела извиниться, — Полина потеребила поясок халата. — Знала бы ты, как я обо всем жалею. Как сильно я скучаю по сыну. Мне даже не говорят, где он, что с ним сейчас.
— Матвей живет с сестрой Дениса.
— С этой… — Полина наморщила лоб, вспоминая и виновато покачала головой. — Забыла имя. Ему с ней хорошо?
— Не проверяла.
— Да, извини, — она закивала. — Я не из-за Матвея тебя позвала. Просто хотела сказать, что мне жаль. Я лечусь. Мечтаю выйти отсюда, но правду от меня не скрывают — нужно принять, что это мой дом на ближайшие несколько лет. А ты как живешь? — она посмотрела на мои пальцы без обручального кольца. — Развелись с Денисом? Так я и думала. Вам давно нужно было это сделать. Может, я бы не оказалась здесь.
— Ты меня обвиняешь? — усмехнулась.
— Соня, поставь себя на мое место, — горячо заговорила Полина. — Ты живешь в большом доме, видишься с кем захочешь, ходишь, куда хочешь, спать можешь лечь в любое время и выбрать, что приготовить на ужин. Я всего этого лишена. И я тебя не виню. Но признай, все это случилось с нами потому, что ты плохая жена. Я все эти годы любила Дениса, а что делала ты? Ты эгоистка, Соня. Всегда ею была. Я сил не рассчитала, когда пошла против тебя. Ведь что сейчас? Ты сломала мне жизнь.
— Ну хватит, — поняла, что не могу больше этот бред слушать, резко поднялась и двинулась мимо санитарки. — Я ухожу.
— Конечно, беги! — повысила голос Полина. — Но от себя не убежать, дорогая. Осознай, что ты натворила, что со всеми нами сделала — и живи с этим!
По коридору я почти пролетела, выскочила из больницы в снежное утро — снежинки валят с неба, я за этой пеленой ничего не различаю. Звонит сотовый — с трудом вытянула его из кармана, замерзшим пальцем ткнула в экран.
— Доброе утро. Как Макар, проснулся в школу? — весело спросил Денис. — Я вот кое-как на тренировку встал. Алло? — насторожился он, когда не услышал моего голоса. — Сонь, ты здесь?
— Я только что была у твоей дряни! — выкрикнула. Я приехала, и она мое спокойствие расшатала, за десять минут разрушила то, что я месяцами выстраивала. Я не эгоистка и я любила Дениса, не я виновата в том, что случилось, а они. — Зачем ты это сделал! Зачем надо было изменять! Я же так сильно тебя любила! Ты что, не мог просто расстаться? Ненавижу!
— Ты сейчас где, у больницы? — сразу спросил Денис. — Соня, стой где стоишь, я еду. Прошу, не садись за руль, пообещай, ладно? Я еду, пятнадцать минут. Дождись меня.
Глава 70
— Не приезжай! — отрезала.
— Сонь…
— Иначе мы сильно поссоримся. Сама доберусь, — выкрикнула, и нажала на отбой.
Села в машину, выдохнула резко. Руки перед собой вытянула — дрожат.
Кошмар.
Какая же она гадина. Сволочь! Ненавижу эту дрянь!
— Стерва проклятая, — выплюнула, завела машину, и выехала с паркинга, чудом не задев другие машины.
Нужно успокоиться, — твержу себе мысленно, на дорогу смотрю, но перед глазами лицо Полины.
Зачем я поехала к ней? Вот зачем? Поговорить? В надежде на извинения и покаяние?
Такие люди не меняются, если она вообще человек.
И Денис… с ней…