Лукас молчал, не зная, что сказать. Если бы он уловил в голосе девушки нотку сомнения, он знал бы, что возразить. Но ее уверенность пронзила его, словно обоюдоострая шпага.
– Могу я спросить, почему?
– Это будет мезальянс, милорд.
– Посмотри на меня, черт возьми! Если ты собираешься нарушить данное мне слово, то хотя бы смотри мне в глаза, пока даешь объяснения. – В душе Лукаса страх боролся с яростью. При одной только мысли о том, что он вот сейчас потеряет Айрис, в его душе образовывалась зияющая пустота. – И все потому, что я не несу романтическую чепуху? Ты хочешь, чтобы я признался тебе в любви?
Айрис подняла голову. В ее глазах блеснули слезы.
– Ты любишь меня? – спросила она, а потом покачала головой: – Лучше бы не любил.
– Но почему? Я буду заботиться о тебе, Айрис. Буду верен тебе, буду тебя защищать. Неужели тебе этого недостаточно?
– Спасибо. Ты оказал мне честь своим желанием связать свою жизнь с моей, но свадьбы не будет. – Голос Айрис сорвался, и ей пришлось глубоко вдохнуть, прежде чем продолжать. – Мне очень жаль, Лукас. Мне не стоило поощрять твои ухаживания. Теперь я это понимаю…
Айрис выглядела ужасно несчастной, и только по этой причине Лукас не встряхнул ее хорошенько. Что за сумбур царит в ее хорошенькой головке?!
– Ты не расторгнешь нашу помолвку, Айрис! – Девушка глубоко вздохнула, а потом посмотрела Лукасу прямо в глаза.
– Расторгну. Это будет честно.
– Твое решение имеет какое-то отношение к твоей нелепой идее, будто я желаю тебя, лишь когда пребываю в гневе? – потребовал ответа Лукас. Он вдруг почувствовал себя втянутым в одну из тех ужасных игр в шарады, столь популярных у леди на званых вечерах. В игру, сценария которой ему не дали и правил которой он. не знал.
– Нет. Мое решение не имеет к этому никакого отношения. – Айрис закусила губу, а потом напряглась, словно взваливала себе на плечи непосильную ношу. – Я помещу объявление о расторжении нашей помолвки в завтрашних газетах, – почти выкрикнула она.
– Если ты это сделаешь, я подам в суд на газету за публикацию лжи о себе.
Глаза девушки округлились.
– Ты не можешь так поступить. Это не ложь.
– Ложь! Ты выйдешь за меня замуж. Клянусь тебе!
– Я не могу, – прошептала Айрис, и слезы покатились по ее щекам.
Лукас вскочил с кресла, схватил девушку за плечи, а потом снова сел и усадил ее к себе на колени. Айрис уткнулась лицом в его жилет.
– Пожалуйста, Лукас. Не усложняй все.
– Тебя все еще волнуют мои отношения с Клэрис? – спросил он.
– Нет, – приглушенно ответила Айрис. Тогда оставалось только одно. Предсвадебная нервозность. Лукас слышал, что многие невесты очень нервничают перед свадьбой, а помолвка Айрис к тому же была насыщена событиями.
– Все хорошо, милая. Ты справишься со своими страхами, и наша свадьба состоится, как и намечалось, через четыре дня.
– Но, Лукас…
Граф не дал Айрис закончить.
– Доверься мне, – приподнял лицо девушки, обхватив его ладонями. – Ты же знаешь, что можешь.
– Знаю. Ты самый благородный из джентльменов. – Лукас улыбнулся:
– В таком случае помоги мне жениться на тебе, любовь моя! Ты знаешь, как это сделать?
– Не знаю.
Айрис мерила шагами устланный толстым ковром пол гостиной в ожидании сестры. Тея укладывала детей спать. В другое время Айрис непременно присоединилась бы к ней, чтобы пожелать племянникам доброй ночи, но сегодня она была слишком взволнована. Дети весьма чувствительны к настроению взрослых, и Айрис не хотела расстраивать их перед сном. А она чувствовала, что нуждается в совете и поддержке.
Айрис уже решила рассказать кому-нибудь из членов своей семьи о письме шантажиста. Хорошо бы поделиться с братом, но, увы… Джаред пропустил сезон и собирался приехать в город лишь на свадьбу. А она состоится уже завтра. Но к этому времени Айрис надеялась оказаться далеко от Лондона. Как – она пока не знала.
Тея, ловкая и практичная, может ей подсказать много полезного. Родители в советчики не годятся. Если она расскажет им о письме, они обвинят ее. В конце концов, это действительно ее вина. Не будь свадьбы, не было бы и этой мерзкой бумажонки. Рассказать правду Лукасу? Но он все равно настоит на свадьбе, хотя бы из совершенно неуместного чувства долга. А что будет потом?
Айрис невыносима была мысль, что Лукас любит ее. Она испытывала почти физическую боль, порывая все отношения с человеком, которого любила больше жизни. А думать о том, что она отворачивалась от его любви, было и вовсе непереносимо. И все же она не могла позволить Лукасу совершить ту же ошибку, что и его отец, женившись на женщине, недостойной его. Она обязана защитить Лукаса от его же собственной рыцарской натуры.
Весьма некстати в гостиную вместе с Теей вошел Дрейк. Айрис и так было сложно открыться сестре, и она совсем была не готова излить душу перед зятем. Но как иначе?
