«Знаешь, мне уже страшно становится. Ты так ее расписываешь. И свое поведение рядом с ней. Будто маньяк какой», – вспомнил Валентин слова знакомого по форуму. Маньяк? Да, он с полным правом мог считать себя маньяком. Он был одержим одной-единственной девушкой на планете, не мог без нее жить и в то же время до дрожи боялся подойти к ней, завести разговор, представиться. Он слишком сильно ее любил, чтобы быть отвергнутым ею.
На кухне призывно засвистел чайник. Валентин специально купил такой, со свистком и долгим, противным свистом, чтобы услышать его везде, в самом дальнем углу квартиры, в любое время дня и ночи.
Чистая, стерильно убранная кухня казалась безжизненной, словно операционный отсек, изолированный от остального пространства больницы. Впрочем, у Валентина все комнаты блестели чистотой, стерильностью, все комнаты были пусты и безжизненны.
Налив в чашку из тонкого фарфора черный крепкий чай, Валентин вернулся в кабинет. Его ждали включенный ноутбук, недописанные статьи, знакомые на форуме. И никого, ни единой души рядом. Впрочем, как обычно.
Усевшись в удобное кожаное кресло темно-коричневого цвета, с высокой спинкой и широкими подлокотниками, «президентское», как называл его Валентин, он привычно застучал по клавишам ноутбука. Статьи следовало сдать вовремя. Он знал, что успеет. Впереди была целая ночь.
– Артова Анжелика Сергеевна! – голос матери даже по скайпу был наполнен негодованием.
Лика вздохнула:
– Мам…
– Никаких «мам»! Игорек – отличный мальчик: симпатичный, воспитанный, из хорошей семьи! Как ты могла сказать ему, что он для тебя слишком тихий?!
Ну а что еще она должна была сказать парню, от которого ее тошнило? Прилизанные редкие волосенки, перепуганный взгляд, как у провинившейся болонки, привычка все докладывать своей матери, постоянные вздохи: «Ах, как бы чего не вышло»! И какой мужчина из него выйдет? Правильно, никакой. А отец для их возможных детей? Да он от вида орущего младенца в обморок упадет!
Но родителей подобные мелочи не интересовали. Главное, что «Игорек» был из нужной им семьи! Как же, слияние капиталов и прочая чушь!
– Завтра же! Слышишь меня? Завтра извинишься и согласишься на свидание!
Мать отключилась. Лика мрачно выругалась. Они даже внешне смотрелись комично! Она, яркая худая блондинка, высокая и хрупкая, и он, низенький, сутулый, почти лысый. Фу!
Экран ноутбука напомнил о форуме, из которого Лику вчера выгнал брат.
Она подошла, открыла нужную вкладку, выбросила из головы мысли об «Игорьке» и, усевшись на кровать, погрузилась в чтение.
– Лика! – да что ж такое! Не дают спокойно почитать!
Лика привычно свернула вкладку и вопросительно посмотрела на Макса.
– Там Игорь Странов звонит. По домашнему. Раз уж мобильник ты отключила.
– Меня нет.
– А мама?
– Ее здесь тоже нет.
Макс хмыкнул и вышел. Лика вернулась к ноутбуку.
– Как ваше самочувствие? Кошмары продолжаются? – кареглазый брюнет в возрасте внимательно смотрел на Валентина с той стороны экрана.
– Они и не прекращались, – пожал плечами Валентин. Последняя неделя выдалась чрезвычайно загруженной, и со своим психотерапевтом он мог общаться только по скайпу.
– Значит, таблетки не помогают…
– Через раз.
