…На волне всех этих громких публикаций Гайдар принимает предложение Ивана Фролова – своего первого (и последнего) главного редактора – и переходит на должность редактора экономического отдела, члена редколлегии газеты «Правда». Давайте отметим про себя – он получил эту должность 19 марта 1990 года, ровно в тот день, когда ему исполнилось 34 года. Его отец Тимур Гайдар, опытнейший журналист, контр-адмирал, стал членом редколлегии главной газеты страны, когда ему было уже за пятьдесят.
Идет 1990 год. Это – довольно интересный момент в биографии Егора. И в личной, и в профессиональной жизни у него, казалось бы, полный порядок. У них с Машей родился сын Павлик, третий его ребенок. За плечами – невероятно интересная работа в «Коммунисте». Образовался целый круг новых друзей (и старые тоже никуда не делись). По всем советским меркам он «пробил» все мыслимые и немыслимые карьерные потолки: шутка ли, член редколлегии «Правды» – для многих друзей отца это была бы фантастическая карьера, тем более для тридцатилетнего парня. Да и отец считал эту карьеру успешной.
И дело, конечно, не просто в отдельном кабинете с приемной, черной «Волге» (если в «Коммунисте» он продолжал ездить на метро, то в «Правде» разъездная машина к его услугам всегда), других не особо нужных ему благах.
Все главное с ним уже случилось, все главное как бы уже образовалось. Его окружает гармоничный, построенный им самим, своим трудом, своим интеллектом мир. Вообще говоря, к своим тридцати четырем годам он совершил огромный рывок.
Жизнь вроде бы
Кстати, с сыном Петей Егор Гайдар всегда вел абсолютно открытые и искренние разговоры. Мальчик порой задает ему совершенно бесстрашные, прямые вопросы. И Егор (вспоминая, насколько честен был с ним всегда его собственный отец) – на них отвечает. Он рассказывает о совещаниях у Горбачева и Рыжкова, пытается объяснить ему грядущий кризис социалистической экономики.
Вот они поехали в «цековский», как тогда говорили, санаторий «Решма» на Волге, под Кинешмой, – отдохнуть во время школьных каникул, порыбачить, погулять. И вот они идут, гуляют – и Петя, которому тут тоже нравится, спрашивает его:
– Папа, а мы сюда приедем на следующий год?
– Нет. В следующем году здесь уже ничего не будет, – честно отвечает Егор.
– А почему?
– Ну вот видишь этих людей? – показывает Егор на скромные дома за оградой санатория. – В следующем году эти люди уже не смогут себе купить даже обычной еды.
И верно, в следующем году они сюда уже не приехали. Многие подобные привилегированные дома отдыха и санатории либо закрылись в 1991–1992 годах, либо их меню настолько оскудело, что брать ставшие очень дорогими путевки люди просто перестали.
Петя берет отца за руку и с сомнением оглядывается вокруг.
К 1990 году Егор понимает: его стремительная блестящая карьера, его столь удачно начавшаяся профессиональная биография – это комета, летящая в пустоте.
«Коммунист», «Правда» быстро перестают быть теми грозными органами печати, которые способны что-то изменить. Они перестали быть главными трибунами, на мнение которых ориентируются советские элиты.
Та жизненная роль, к которой он себя так тщательно готовил, тоже теряет смысл. К его советам, по большому счету, увы, не прислушиваются.
А что самое главное – та стратегия «постепенной эволюции», которую он так тщательно выстраивал у себя в голове все эти годы, потерпела крах. Революция постепенно захлестывает общество, государство, она захлестывает все окружающее жизненное пространство.
Крутой, трагический момент.
Да, недаром он так быстро и легко пробил все «отцовские потолки»: член редколлегии, эксперт при правительстве. Никаких потолков, никаких прежних иерархий больше не существует.
1990-й – год великой турбулентности.
Давайте и мы заглянем в этот год. Освежим в памяти его бешеный ритм.
…В канун этого нового,1990 года, 25 декабря 1989-го, восставшим народом расстреляны румынский диктатор Чаушеску и его жена Елена. Шоковое событие, обозначившее психологический водораздел между старой и новой эпохой, начавшейся с «бархатных революций» 1989-го.
…Принимаются поправки к закону «О кооперации» – милиции даны новые права по борьбе с финансовыми нарушениями. Для многих новых предприятий, в том числе совместных (то есть с иностранным участием), наступают «веселые деньки» – первых кооператоров начинают сажать, их бизнес преследовать. «Лицо» советского кооперативного движения Артем Тарасов покидает страну.
