Сознание возвращалось долго и нудно. Сперва я учуяла много резких чужих запахов, потом стала слышать. 'Огонь трещит... Вода плещет. Значит от реки мы не ушли. Вокруг не меньше пяти человек. От них несет грязью и спиртом' - вывела я после сканирования. Собирая память, как пазл, я удивилась, как нечистоплотны стали менты в двадцать первом веке. Пошевелилась, поняла, что снова стала человеком, но обнаружилось и кое-что неприятное - двигалась по-прежнему только левая сторона. Правая рука и нога совершенно не чувствовались. Мне казалось, они просто затекли как после сна.
-Рити... Эй, Рити! - голос Берта вернул мне желание жить.
-Берт, ты живой... - прохрипела я в ответ, размыкая слипшиеся веки. Увидела бетонный потолок, довольно низкий, освещенный пламенем костра. Приятно знакомая картина. Только глаза моего спутника меня не то что огорчили, напугали!
-Ты ранен? Куда? Что случилось?
-Я?! Я в порядке, - грустно хмыкнул волк, - А ты вот... не очень, - он перевел взгляд на мой бок и за плечо уложил на спину ровно, коснулся майки... и только теперь я поняла, почему ничего не чувствую. Майка пропиталась кровью. Под ней, у меня в боку оказалась дырка... не большая, но темная от крови, глубокая. Пулю все-таки в итоге получила я! Удивительное открытие - я не чувствовала боли ни когда она входила, ни теперь, когда нормальный человек уже давно бы корчился в агонии и умирал. Волчья регенерация. Только вот... почему-то рана не спешила затягиваться.
-Почему?.. - вслух спросила я.
-Что почему? Попали почему в тебя, а не в меня? Хотел бы я знать, - недовольно проворчал Бертрам.
'Я привыкла, что хищники читают мысли. Берт же волк, а не... не Грэг. М-да... Черти о чем я думаю, когда при смерти' - мысленно отчитала себя.
-Почему не зарастает?
Волк вместо ответа поднял глаза на людей, и я тоже решила их разглядеть. У небольшого костерка из мусора собрались классические БОМЖи. Трое мужчин, не четко обозначенная половыми принадлежностями женщина и бойкая рыжая девчонка лет четырнадцати. Несмотря на нежный возраст, на ее лице уже отпечаталась жестокая школа жизни. Берт спросил у бродяг водки. Один из мужчин нехотя протянул ему полупустой пластмассовый стаканчик.
-Ну ты, брат, пожадничал... - усмехнулся волк, но вернулся ко мне, и снова на лице появилась эта трагичная гримаса. Когда Берт достал трофейный нож, прихваченный им во время побега из Зоны, я поняла, что он имеет в виду.
-Пулю... надо достать. Тогда... - мучительно выпалил он.
-Тогда затянется. Я поняла, - постаралась подбодрить его уверенным ровным тоном, - Давай.
Я прикрыла глаза, а в голове возникло красочное дежа-вю. Как раз, когда холодная сталь коснулась моего живота, той его части, что прекрасно чувствовала и боль и прикосновение.
-Ты только... - начала я, жмурясь, - ...не бросай меня потом... сразу... ладно? - я поморщилась от мерзкого звука и от ощущения того, что из меня что-то выковыривают. Но ни грамма боли. Это радовало. Но я все равно боялась, что вот-вот чувствительность вернется, и глаза на лоб полезут. Судя по облегченному вздоху, Берт закончил. Я открыла глаза снова.
-Ты о чем это?.. - улыбнулся он, заливая водку в рану, словно в отверстие топливного бака.
-А ты не помнишь, Грэг мне операцию делал... в полевых условиях, - пояснила я, - Ребро чинил, кажется.
-Ну, помню, - мрачновато отозвался он, - И?
-Кажется, после этого все и закончилось. Я для него теперь - мешок с костями, - глумясь над собственным несчастьем, подытожила я.
Берт ничего не ответил. Только поглядел с минуту мне в глаза. Я сосредоточилась, хотя не сложно было догадаться, о чем он сейчас думает. 'И всегда им была для него, - выдало мне его сознание, - Дура! На кой же ты меня сюда потащила, если до сих пор жалеешь, что не с ним?!' Я быстро опустила глаза. Об этом моем даре Берт не знал, и ни к чему было выдавать себя сейчас. Но эти его слова... то есть его мысли заставили меня всерьез задуматься. Это было страшно неприятно признавать, но Берт на все сто был прав.
