Выяснив все детали и получив дополнительные указания, агент Шахиня оставив последнее прости в виде подмененной фляжки с вином в любимом погребце ватиканского святоши. Отведав этого напитка архипресвитер ворвался на заседание курии без одежды и абсолютно невменяемым, попытался овладеть служкой зажигающим свечи и в результате попавший в Дом скорби. А галеас «Анжелика» на котором везли бочки с отравленным вином, был опознан и перехвачен в Канале. Бочки с отравленным вином переправили в качестве дара в Авиньенскую Провинцию иезуитов, уничтожившую одну из наших тамошних резидентур.
Ну а агент Шахиня, через несколько месяцев материализовалась в Москве, в свите боярични Наталии.
Свадьбу же отменять не стали и прошла она шикарно, но главными ее героями были не жених с невестой, а Летучий Корабль «Княгиня Ольга», на котором прилетел ваш покорный слуга и мой подарок новобрачным в виде двух золотых тронов. На нем же я привез сотню бочонков Грумантской клюквенной настойкой крепостью шестьдесят градусов и пьющейся, как легкое вино. Вместе с ней я привез расчеты виночерпиев и официантов, и под предлогом опасности отравления пили только нашу настойку, разливали и разносили только мои люди, и пили только из привезенной мною посуды, стеклянных кубков, первой продукции такого рода моего нового стекольного комбината. Меня несколько позабавило, что из двух сотен кубков выставленных на стол, не смотря на высокий статус гостей, пропало большинство. Ну и то что Особой Грумантской все гости впились в дрова, было аксиомой.
От царя Ивана на торжестве были князь Курбский и князь Серебряный и оба жаловались на короля Варшавского Франсуа в частности и на поляков в целом. Я посоветовал быть пожестче с королем, а тех кто мутит воду на новых Русских землях, вешать или в крайнем случае высылать в польские земли, но обязательно с полной конфискацией движимого и недвижимого имущества. Иван Васильевич уже неоднократно мне писал о разделе Польши, но мне был не нужен этот геморой, нам Ливонию надо еще вдумчиво переварить. Сам царь Иоанн, занимался проблемой Дикого поля и Крыма. Мы продали Москве две сотни артиллерийских стволов и дали инструкторов для обучения канониров. Оплата шла мехами и лесом и все были довольны. Во всех европейских столицах открылись меховые салоны, где продавались шубы, палантины и горжетки, моментально вошедшие в моду. Что интересно… в Москве тоже был такой Грумантский салон и заправляла там агент Шахиня. Судьба девушки была достойна сериала… дочь русского воеводы погибшего в схватке с Крымскими людоловами, была захвачена в воинском лагере, куда приехала с матерью навестить отца. Была за красоту, как ценный товар продана в Кафу, там ее купил известный работорговец из Смирны и на нанятой пиратской галере повез в Марокко. Капитан влюбился в прекрасную невольницу, зарезал торговца и так она стала подругой пирата, а потом их галера была потоплена Али Пашой и после ряда пертрубаций дочь воеводы Василиса попала на Грумант, где девушка владеющая русским и арабским языками, и плюс владеющая холодным оружием заинтересовала наши спецслужбы. В Москву она приехала, как жена нового коменданта посольства и боярична и была принята в салон Наталии где тусовались боярыни и княгини, для которых она открыла торговлю шубами в долг (нечто вроде продажи в кредит), чем доставила много печали их мужьям.
Тут попутно случилась одна интересная история… Когда в Вероне было открыто торговое представительство княжества Грумант, я вспомнив Шекспировскую историю о двух благородных влюблённых и их печальной смерти, произошедшей в Вероне во времена синьора Бартоломео делла Скала (Шекспир тут кстати еще не родился). И в результате резидентура Посольской экспедиции получила приказ выяснить существуют ли в Вероне семейства Монтекки и Капулетти и есть ли там такие Ромео и Джульетта. Вкупе с прочими Тибальдами и Лоренцо.
Ну и к моему изумлению все это в той Вероне имело место, был даже жених Джульетты Парис, правда Тибальд был только ранен Ромео, а павший Меркуцио был весьма нелицеприятным типом. Но вражда Монтекки и Капулетти была самой натуральной.
Резидентура Посольской экспедиции была уже стандартно, для зарубежных точек сформирована на базе Мехового ателье. Там опять же уже традиционно был организован закрытый дамский клуб, куда допускались только особы с высоким цензом и там царило водяное перемирие не допускавшее туда шипение местного великосветского гадючника.