– Эй! – донесся до них вдруг сверху хриплый громкий окрик. – Вы Тамарку, что ли, ищете?
– Да, – тут же поворачивая назад, откликнулась Амалия.
– Подымайтесь, расскажу, что знаю, – прогудел, прокашлявшись, тот же голос, и девушки поспешили обратно на четвертый этаж, где их поджидал, стоя у распахнутой двери соседней с Ниной Пантелеймоновной квартиры, небритый тощий мужик в старых вытянутых спортивных штанах и выцветшей, рваненькой футболке.
– Здрасте! – переводя дух, радостно протянула руку Амалия. – Амалия.
– Виктор, – оценил жест мужик. – Проходите, пока Нинка не выскочила.
Девушки не стали уточнять, почему Нинка должна выскочить, откуда и куда, а просто нырнули в распахнутую дверь. Виктор дверь за ними закрыл и повел гостей на кухню.
Шесть столов, две плиты, голые, словно лысые окна с грязными, давно не крашенными рамами, и две современные стиральные машины, нелепые и неуместные в этом коммунальном раю, вот и все убранство кухни.
– Вы извините, – как-то неловко произнес Виктор, – в комнату не зову, не прибрано там.
Амалия кивнула.
– А как вы узнали, что мы Тамару ищем? – подозрительно спросила она.
– Через дверь слыхал, как раз покурить собирался. Значит, я правильно расслышал, вы Тамарку ищете, родственницу Нинкину? – уточнил Виктор, переходя к делу.
– Да. Вы ее знаете? – вонзилась в мужичка цепким взглядом Амалия.
– Да так. Курили иногда вместе на лестнице. У нас в квартире не особенно покуришь, бабы сразу вопить начинают. Вот и выхожу на лестницу. А Тамарка она тоже курящая была. Да Нинка не особо ее жаловала, что с курением, что без. Вот поболтает со мной, бывало, отведет душу, и обратно, на галеры.
– Почему на галеры? – не поняла Катя.
– Пока Тамарка здесь жила, она с утра до ночи на Нинку батрачила. Та, хитрюга, с соседями договорилась. Я, мол, старая, больная, ко мне сейчас родственница приехала, она будет квартиру каждый день за меня мыть, а я следующие полгода дежурить не буду, – крякнул мужик, поражаясь чужой предприимчивости. – И опять же. Стиральной машины у Нинки нет. Так Тамарка почти две недели ее белье вручную в ванне перестирывала.
– Ну, что же здесь такого? Нина Пантелеймоновна одинокий пожилой человек. Наверное, ей самой тяжело справляться, – заступилась за старушку Катя.
– Ну да. А стиралку купить денег жалко. Знаете, какая у нее пенсия? Ого! Да еще умудряется с разных благотворительных фондов подачки выбивать. Вы у нее в комнате были?
– Да, – протянула Катя.
– Компьютер видели?
– Нет.
– Прячет, хитрюга. Купила эта пройда себе компьютер, где-то в собесе курсы были, бабок бесплатно учили компьютером пользоваться. Вот и научили на свою голову. Она днем и ночью в Интернете шарит, ищет, где поживиться. Фонды всякие благотворительные, выплаты, в инстанции письма строчит, на жизнь жалуется. Еще годик так пошурует – и, считай, Рокфеллер.
– Да с чего вы это взяли? – искренне возмутилась Катя завистливости и злому языку тощего небритого Виктора.
– Мне Тамарка рассказала. Все удивлялась, как в столицах люди жить умеют, – щелкнув резинкой штанов, ответил он.
Катя хотела еще что-то добавить, но Амалия больно наступила ей на ногу.
– А где сейчас Тамара, вы знаете? – вернулась она к теме их с Катей визита в коммунальные джунгли.
– А вам она зачем? – настороженно прищурился Виктор. Видимо, Катина тирада даром не прошла.
– Мы знакомые ее дочери, Ирины, – на голубом глазу соврала Амалия. – Тамара четыре дня уже не звонит, и телефон ее не отвечает. Вот нас и попросили поискать ее.
– Ирка, значит, о мамочке вспомнила! – язвительно заметил Виктор, вероятно достаточно осведомленный о семейной ситуации Тамары. – А вы в курсе, что это она мать из дома выперла, чтобы Тамарка их с мужем личному счастью не мешала?
– Ирина сказала, Тамара на заработки поехала, – забросила крючок Амалия.
– Ну, конечно. Поедет взрослая пятидесятилетняя женщина по чужим городам скитаться. Выжили они ее, – проникновенно ответил Виктор. – Мне Тамарка сама рассказывала. Плакала даже. У нее здесь в Питере кроме Нинки никого, так что кроме меня и пожаловаться некому.
– Как же так? А Ирина сказала, Тамаре родственники помогли на работу устроиться.
– Ей-то, конечно, виднее, – зло окрысился Виктор. – По объявлению она работу нашла. Зарплату, правда, обещали хорошую. Она даже комнату недалеко от работы смогла найти и сразу, как работу нашла, так от Нинки и съехала.
– А что за работа, где? – оживилась Амалия.
– Она мне объясняла, да я в этом ни бельмес. Короче, она врач, который по анализам крови и клинический какой-то врач, что ли? – засмущался Виктор. – Не разбираюсь я. И нашла она где-то в пригороде то ли лабораторию при больнице, то ли исследования какие-то. Но взяли ее на хорошую зарплату, и то, что прописки у нее нет, сказали, неважно. Главное – опыт и знания. Очень она этим гордилась. А то, что от города далеко, это, говорит, мне неважно. Даже хорошо. Там жилье дешевле.
– А в каком месте хоть находится больница эта? – начала понимать всю бесполезность полученной информации Амалия.
