Заревел квадобер. От него пошла почти незаметная энергетическая волна, которая ускорила падение сфер.
Гадина.
Ещё два Клинка.
Ещё два взрыва.
Но остальные сферы пролетели мимо, и уже на полной неслись к земле. Оставалось семь.
Рой телекинетических частиц облепил их все одновременно, частично выгорая в золотом пламени. Непросто.
Но потом все сферы одновременно отправились вверх, в одну и ту же точку.
Туда, где вот-вот должен был оказаться квадобер.
Он сообразил что его ждёт, где-то за две секунды до большого взрыва.
Его огромные крылья затрепетали, тормозя змеиное тело в воздухе, вместе с левитирующей магией. Но уйти было невозможно. Я подкорректировал полёт тёмных сфер, и, преодолевая сопротивление золотого пламени, отправил их в ускоренный последний полёт.
Первая сфера попала в квадобера и взорвалась. Золотое пламя вспыхнуло под телом твари и она издала крик боли. Но оставалась в полёте. Одно крыло загорелось, но квадобер почти сразу затушил его за пару взмахов.
Но это была не последняя сфера.
Вторая. Взрыв!
Третья! Взрыв!
Четвертая и сразу за ней пятая! Взрыв!!!
Квадобер утонул в пламени собственных снарядов. А затем его горящее тело стало падать к земле, оставляя за собой шлейф из густого чёрного дыма.
Убит. Виденье и Чутьё это подтвердили.
Так что я сразу же разбил друг о друга две последние сферы и вернулся на твёрдую землю.
А меня уже встречала моя команда и счастливые гремлины.
— Пророчество исполнилось! — с важным видом заявил вышедший вперёд Чувчамых. — Как и было показано мне во снах! — он подошёл ко мне с распростёртыми во все стороны руками. — О, могучий человек! Спаситель гремлинов! — и накренился вперёд, чтобы знакомым образом упасть мордой в землю.
Но я поймал его телекинезом и вернул обратно на ноги.
— Довольно свои носы о землю разбивать, — сказал я.
— Так они уже, ты глянь на их пятачки, Яр, — взял слово Хельг.
— Смуту не вносить! — я бросил на него серьёзный взгляд. И он с поднятыми руками сделал шаг назад. А я торжественно произнёс: — Итак, гремлины. Я вижу, у вас тут большие проблемы, — я указал большим пальцем за спину. Туда, где дымился погибший квадобер. — И решить за вас я их не смогу.
— Человеки! Смилуйтесь! — пал на колени Чувчамых, а следом и остальные гремлины. — Могучий! Квадоберы пожрали наши города и многие племена! Мы вынуждены скрываться в норах, среди холмов! Но настали последние дни нашего народа! Только вы можете нас спасти!
— Раньше вы как выживали?
— Никак, могучий человек! Мы жили за десятки рек и холмов отсюда! В прекрасной Гремляндии! Но потом прилетели квадоберы! Они пожирали нас! Сжигали и поедали наши тела! — он рукавом цветастой одежды вытер слёзы. Шмыгнул носом. Затем вытер ещё и его. — Десять лет мы скитались! Убегали от родной Гремляндии всё дальше и дальше! Пока не осели здесь. Но ужасные квадоберы нашли нас.
— Почему вы не сражались? — с нажимом спросил я. — Вы мелкие, но шустрые и вас много. Когда эта тварюга ходила между холмов и жрала вас, словно фрукты с собственного дерева. Где ваши пушки? Или хотя бы мечи? Почему вы сидели в своих норах, словно загнанный скот⁈
— Мы — гремлины, не воинственны! Мы не умеем причинять вред другим живым существам! — жалобливо заговорил Чувчамых. — Мы можем только строить дома из глины и создавать механизмы!
— Механизмы? — я прищурился. Это было уже интересно. — Покажи.
Он просиял. Свистнул горстке других гремлинов и те убежали в ближайшую нору. Вернулись уже с громоздким аппаратом непонятного предназначения.
Во все стороны торчали трубки, какие-то антенны и просто странно выглядящие куски металла. Никаких элементов управления, наподобие кнопок, я не видел.
— Что это?
— Это — погодькер! — с гордостью заявил Чувчамых, положив руку на аппарат. — Благодаря ему у нас всегда светят солнца!
— А доказать его работоспособность можешь?
— Да! — широко улыбнулся Чувчамых крупными зубами и указал рукой на небо. — Солнца светят, значит работает.
Не убедил.
— А что-то более практически применимое здесь и сейчас есть?
Он оживлённо закивал и снова дал сигнал руками. Гремлины вновь засуетились и приволокли из пещеры здоровенный дрын сделанный из железной трубы. На обеих её концах то раздувались, то сдувались шары из субстанции похожей на резиновую плёнку.
— Призыванькер!
— Он что-то призывает?
— Да! Показать?
Я кивнул.
Чувчамых схватил дрын обеими руками. Затем отошёл в сторону от других гремлинов и положил эту штуковину на землю. Сделал что-то с клапаном посередине трубы и отбежал в сторону, внимательно наблюдая.
Шары на концах штуковины надулись до предела, а потом лопнули с громким хлопком. Из них вырвался белый дым, который завис над всем призыванькером.
Вот только я сразу почуял неладное.
— Друг… — рассеянно сказал Зырик, который в это время должен был быть у меня в кармане. — Зырик… ощущает рассеянность…
Я уже вошёл в туман и взял Зырика, оказавшегося в эпицентре вспышки, в свои руки.
— Вот эту штуку без моего разрешения не использовать, — я указал на призыванькер.
