Было обидно до слёз. Смотрела, как к нам подходил Андрей, и не могла поверить, что его взгляд, такой тёплый, и в то же время ждущий меня, может быть фальшивым. Сколько он ради меня сделал? На какие только ухищрения не шёл…
– Ты, правда, играешься со мной? – в лоб спросила я. – Из-за брата?
Андрей нахмурился и остановился.
– Кажется, мы уже это с тобой обсуждали, – прохладно заявил он.
– Скажи, Лёша… – попросила я. – Всё то, что ты говорил мне сейчас наедине.
Тот лишь закатил глаза, посмотрев на друга.
– Прекращай весь этот цирк, Андрей. Иначе я прямо сейчас позвоню Кириллу и скажу, что его сестра здесь с тобой.
Не думала, что синий цвет глаз может гореть. Причем сжигая всё вокруг. Андрей смотрел не на меня, но я непроизвольно сжалась от страха.
– Зайди в комнату, Милана, я сейчас подойду, – напряжённо сказал Андрей, показывая мне на ближайшую дверь.
– Но…
– Зайди, – не попросил, а приказал.
Отвернулась от них, залетев в ближайшую дверь. Крохотная комнатка. Здесь помещались только два кресла с небольшим телевизором и маленькая прихожая. Я остановилась у тумбочки с зеркалом и наблюдала за своим отражением. Глаза блестели от непролитых слёз. Время летит, а за дверью тишина. Минуты кажутся часами. Хочу вернуться и попросить Андрея отвезти меня домой. Чтобы больше никогда не видеть Лёшу.
С глухим щелчком закрылась дверь. Сквозь отражение я увидела, как ко мне не спеша идёт Андрей. Его взгляд очень странный: тёмный и горящий. Поняла, насколько напряжена, только когда он прижался ко мне сзади, накрывая мне руки ладонями. Вздрогнула непроизвольно, но глаз не отвела.
– Он больше не станет лезть в наши отношения. – Низко прошептал он, опуская голову и целуя мне шею.
Его дыхание обжигало кожу, но я начинала дрожать.
– То, что он сказал, правда? Всё это не серьезно? – шёпот сорвался отчаянный.
В тот момент я думала – что если он сейчас подтвердит? Удивится и скажет: "Крошка, разве мы не отлично проводим время? Какая разница, сколько это продлится?" Я не выдержу и разревусь перед ним.
– Что он сказал тебе? – Андрей поднял на моё отражение напряжённый взгляд.
– Что ты со мной играешь. Что тебе скоро надоест роль благородного парня, и ты меня отвадишь. Что у тебя голова забита не мной…
– А кем?
– Откуда мне знать?
Его ладони скользнули вверх и сжали мне плечи. Он мягко развернул меня к себе и приподнял голову за подбородок. Большим пальцем он слегка надавил мне на нижнюю губу и тихо сказал:
– С тех пор, как я впервые поцеловал эти сладкие губы, в моей голове нет никого кроме тебя…
Я выдохнула, глаза закрылись сами собой. Руки потянулись к его шее, зарылись в жёстких гладких волосах. Я потерялась в тот же момент, как его губы накрыли мои. Стоило бы уже признаться самой себе: я пропала в этом мужчине, в какой момент это случилось, я не могу понять сама. Но Андрей это сделал – проглотил моё сердце полностью и без остатка. Не хочу слушать никого… только своё сердце, что полностью в его власти.
Почувствовала, как его руки сжали мои бедра, как ноги на мгновение лишились опоры. И вот, я уже сижу верхом на тумбочке, Андрей раздвигает мне ноги и встаёт между ними. Меня обдаёт жаром, дыхание становится частым от внезапно загустевшего воздуха вокруг нас.
– У тебя ведь не было мужчины? – низким волнующим шёпотом спросил он, прокладывая дорожку поцелуев от губ к уху.
– Не было… – голос дрожал.
Он шумно втянул запах с моих волос и зацепил губами мочку уха. Господи, как же приятно изнывал низ моего живота. Я откинула голову, открываясь его ласкам и тихо простонала. Да… пусть целует… лишь бы это наслаждение длилось вечно…
– Хочу видеть тебя, – чуть хрипловато сказал он. – Подними руки…
Его пальцы так ловко и уверенно нырнули мне за край кофты, и уже через мгновение я оказалась перед ним в одном бюстгальтере. Закрыла глаза, чтобы не смущаться. Он ведь знал мою грудь. Касался её губами, пусть и в полной темноте. Сейчас же всё было по-другому, в комнату освещала неяркая приглушённая лампа. Его ладони коснулись моего живота, скользнули выше и замерли у груди.
– Как же я тебя хочу, малышка Соболева, – выдохнул он, припадая губами к ключице.
От этого живот скрутила ещё более сладкая, почти болезненная истома. Вцепилась в его плечи и выгнулась дугой. Всё было настолько приятно, что даже пугало. В следующий миг расстёгнутый бюстгальтер соскользнул вниз, а его губы уже блуждали по моей оголенной груди.
– Боже, Андрей… – слабо прошептала я.
– Ш-ш-ш… Не останавливай… Хочу ласкать тебя…
Руки гладили мне спину, надвигая на себя, всё ближе к горячему мужскому телу. Я сгорала, словно мотылёк на огне. Голова кружилась, я перестала соображать, что происходит. Чувствовала только поцелуи и прикосновения. Много поцелуев, доводящих меня до безумия. Я стянула с Андрея футболку, ничего больше не боясь. Пусть это произойдёт здесь и сейчас, пусть он сделает меня по-настоящему своей.
– Не торопись, Милая. Пожалуйста…
– Почему…
– Я и без того на грани, Милана. А я не хочу, чтобы твой первый раз был на тумбочке, в крохотной комнатушке для отдыха персонала.
– Но я… я… – не знала даже, как это сказать.
