Девятнадцатый век для Японии ознаменовался столкновением с более развитыми западными государствами. В стране, изолированной от внешнего мира более двух веков, началась реформация. Она получила название «реставрация Мэйдзи» - светлое правление. Однако, несмотря на название данное императором, правление светлым не было. У любой реформы найдутся свои противники. Даже в такое неспокойное время в стране продолжают жить екаи. Они живут среди людей, скрываются среди них. Они встречаются в лесах, в горах и даже на дне рек. Но, что, если среди екаев есть тот, кто не является им, но и человеком не может считаться. Как же он будет жить в таком мире.
Однажды в отдаленной деревушке появился человек-гигант с рогами. Жители деревни с радостью приютили его, решив, что он принес им благословение мира духов. Однако со временем они стали бояться его. Мучимый жителями деревни, гигант начал на них нападать и в итоге был прозван демоном. И тогда один юноша решил сразиться с ним. Он выковал клинок, лезвие которого сверкало неземным блеском. И с помощью этого удивительного клинка демон, наконец, был побежден.
Зима в этом году выдалась особенно холодной. Снег валил чуть ли не всю зиму. Сугробы доставали взрослому человеку по пояс. Мир будто бы замер в ожидании оттепели. И только люди продолжали свою неспешную жизнь.
Из деревни Ига вышла одинокая фигура. Она была закутана в кимоно из плотной ткани, левая половина которого была окрашена бледно-синим, а правая – темно-красным. Поверх кимоно было накинуто хаори бардового цвета. Штаны-хакама – белого цвета. Голову фигуры покрывал капюшон, частично скрывавший лицо фигуры. А за спиной человек нес небольшую котомку, в которой были сложены несколько килограмм риса, соли, а еще рыбы.
Хрустя снегом под ногами, обутые в фукагуцу – сапоги из тростника, фигура направилась в лес. Деревья давно обменяли свой привычный покров на снежный. Выглядело это так, будто человек попал в сказку.
Медленно идя по тропинке, человек то и дело оглядывался назад. Но там никого не было, он один брел по тропе. Человек продолжал восхождение, но продолжал чувствовать, что кто-то смотрит на него.
С чего бы такая слежка? И почему человека так беспокоил преследователь? Может быть он вор. Но это просто не могло быть правдой – хорошо одет. Однако возникал вопрос: почему человек шел в лес?
Где-то вдалеке завыл волк. С ветки упал сноп снега. А с правой стороны фигуры захрустел снег. Посмотрев в сторону звука, человек заметил убегающего оленя. Щебетали птицы. Лес жил своей жизнью. И никому не было дела до фигуры идущей по тропе. Кроме ее преследователя.
Фигура прошла еще немного вперед и остановилась передохнуть. Сняв с плеч котомку и поставив ее на снег, человек сошел с тропинки, углубившись в чащу. Он искал сухие ветки на костер. Побродив немного, человек собрал столько, что в руках уже не помещалось. Он вернулся к котомке, аккуратно расположил ветки на котомке и, придерживая их одной рукой, отвязал ленточку, привязанную к одной из лямок. После чего привязал ветки к котомке .
Закинув котомку на плечи, человек побрел дальше. Он специально сделал эту остановку. И не от того, что устал или ему так необходимо было собрать дрова. Это был один из способов просмотра окрестностей. Заодно пытаясь выманить возможного нападающего. Ожидание не оправдалось, потому человек бросил эту идею и продолжил свой путь.
Преследование началось с того самого момента как фигура скрытая капюшоном вошла в деревню. Человек обошел два дома, когда почувствовал на себе очень пристальный взгляд. Такого с ним не происходило с тех пор как он поселился в заброшенном храме в лесу.
Взгляд преследовал человека, пока он обходил каждый дом в деревне, пытаясь выменять у местных немного риса в обмен на меха. Многие дома отказались делиться припасами, аргументируя отказ тем, что им самим не хватит. Человек понимающе благодарил их за уделенное внимание и продолжал свой обход. Только вот он знал, что его обманывали. У каждого уважающего себя крестьянина был подпол, в котором они хранили несколько мешков риса, на случай затянувшейся зимы.
Время близилось к закату, когда человеку удалось уговорить одного жителя дать ему небольшой мешок риса. В других домах уже удалось найти соль и рыбу. После этого человек отправился обратно к храму. Но даже покинув деревню, он продолжал чувствовать на себе внимательные глаза. Ощущение это пропало после остановки с последующим сбором хвороста и больше не появлялось.
Человек продолжил свой путь, сохраняя предельную осторожность. Он не желал, чтобы кто-то проследил за ним до самого порога.
Спустя некоторое время, когда день превратился в сумерки, показались тории. Одна колонна сгнила и сломалась, обрушив всю конструкцию. Ступеньки уже давно были стесаны, к тому же скрыты снегом – подъем превратился в горку. От прежнего декоративного заборчика не осталось ни следа.
Человек обошел поломанный вход. Храм встретил его заросшим двором. Каменные плиты были расколоты. Через трещины проросли кустарники, даже одно молодое деревце умудрилось найти путь к свету.
