Как всегда, мое бурное воображение портит мне жизнь. Придумаю себе всякого, потом страдаю. И в той лачуге я просто оказалась доступным телом поблизости. Мгновенно навернулись слезы. Черт, косметика... Ну я и глупая, что делать?
Все это время лис насмешливо наблюдал за мной, явно собираясь съязвить:
- "... и запылал в ее лице самолюбивом румянец ярче*" - иронически процитировал он строки из Евгения Онегина. - Что это было? И нет, я не вспомнил. Ты сама у меня на кухне рассказывала...
*Евгений Онегин А. С. Пушкин.
Сухо кивнула. Чему он радоваться я не понимала. Ну в очередной раз ошиблась, с кем не бывает, вот только поднять глаза и нагло в ответ улыбнуться духу не хватило.
- Начинается, - предупредил Сергей, едва замолчала музыка. Я взяла себя в руки. Он продолжил нудить:
- И не забывай, мы с тобой влюбленная пара. Давно знакомая, кстати. Надеюсь, Тео тебя предупредил? И главное, ты влюбленная женщина! - Скрипнув зубами, я кивнула. Растерянность постепенно превратилась в гнев. Я давно пожалела, что вляпалась в это, надо было оставить все на уровне предложения, пусть их красотки из себя дур разыгрывают. Да и влюбленной я себя больше не чувствовала, скорее убивцем-рецидивистом, охотником за рыжей нечестью! Так что насмешливо поглядела на него, четко представляя себе сцену охоты на лиса.
Где мое большое помповое ружье, как у Терминатора?
Великодушно принимая поддельную заботу Сергея, я прошла за ним к толпе пожилых людей. Романа Николаевича, Ирину Михайловну и Катю, улыбающуюся как довольная кошка, я уже знала, остальных видела впервые.
Одна из дам, одетая, как звезда восьмидесятых, в костюм с дополнительными плечами и огромными пуговицами, несколько ехидно поинтересовалась:
- Юля, вы стали большим сюрпризом. Мы и подумать не могли, что Сергей что-то от нас скрывает.
Сергей тут же выставился:
- Мужчины говорят о любовницах, но молчат о любви...
Романтик, ага... Я посочувствовала Цветаевой, чью фразу он перелицевал, но продолжила также мило улыбаться.
Катя, добрая душа, не дожидаясь официанта, сходила и принесла поднос с коктейлями. Как вовремя. Я взяла один с долькой лимона на трубочке и присосалась. Жить стало легче.
Дама "пережиток прошлого", видимо являясь рупором этого небольшого женского сообщества, все продолжала:
- Сережа, так это давняя история? Как интересно! Расскажите...
Я обернулась к нему, ожидая еще одной цитаты.
- Вы совершенно правы, это давняя история. Мы долго переписывались, - галантно сказал Ыжик. - Я действительно рад, что Юля, наконец, приехала, так соскучился по ней...
Это было сказано с такой искренностью, что на мгновенье я опешила, восхищаясь актерскими способностями лиса.
- Ты меня в краску вгоняешь, милый! - проворковала я, шпилькой наступив ему на ногу.
На лице лиса не дрогнул ни единый мускул. Сергей ослепительно улыбнулся, и крепко обнял меня за плечи так, что я чуть не подавилась коктейлем. Правда, он тут же отпустил, видно опасаясь моей прилюдной кончины, но руку убирать не стал, только опустил чуть ниже.
Пока месторасположение его конечности было более-менее приличным, я не возмущалась. Вежливо кивала и улыбалась тетушкам. Ирина Михайловна провела большую работу. Им уже ничего ни показывать, ни пояснять не требовалось. Только потягивать коктейль, кивать и улыбаться, поражая всех своей скромностью.
Но к концу беседы, когда милые дамы наконец удовлетворили свое любопытство, ладонь Сергея пересекла черту приличия и оказалась на бедре. Я, все еще улыбаясь, кивала и пыталась отодвинуться. Лис, словно не замечая моих мучений, принялся за новый бокал.
Бросив на него угрюмый взгляд, я все-таки оторвалась, подошла к окну и устало уставилась в звездное ночное небо. Позади гудел праздник, гремела музыка и смех... Прошел всего час, а я уже так утомилась, что готова как золушка, прихватив тыкву, - нечего добру пропадать! - ковылять на аршинных каблуках к себе в норку, следом за толпой мышей. Или крыс? Не помню.
Лис появился рядом:
- Есть хочешь? - Я покачала головой:
- Только кофе, хорошо бы с холодным молоком... сладкий.
- Как пожелает моя госпожа, - произнес он. Сказать это с большей долей иронии было невозможно.
- Вот-вот, так пожелаю, - улыбнулась я. Сергей подозвал официанта и сделал ему заказ и даже строго прибавил, чтобы от рецепта не отступали.
Я подняла брови и, улыбаясь, покачала головой. Кажется, и эта ипостась лиса начинает распускать предо мной хвост.
Пока я баловалась своим кофе, он пробовал что-то крепкое.
- Пытаешься отдохнуть? - поинтересовалась я, кивая на его бокал. Судя по цвету, у него без сока и прочего мусора, чистая слеза пшеницы... видимо договорился с официантом, иначе с чего тот так бегал. Хотя... я еще раз пригляделась, а пшеницы ли?
Сергей улыбнулся, неловко перекинул на меня руку и нежно сказал:
- Что мы тут делаем? Пойдем отсюда, а?
- Переигрываешь, от такого количества не опьянеешь, - сообщила я и скинула его руку.
Он хмыкнул:
- Какая умная...
- Еще красивая и добрая... - насмешливо добавила я.
- Я разве спорю? Спорить с женщиной? Да никогда!
