Ехали медведи… полностью

Вот он в комнате деда, то есть, в той, где он находится сейчас, и воздух в ней обжигающе горячий, а раскалённое солнце светит в окно, ещё не закрытое обоями. Дед сидит на стуле перед своим столом в одних трусах и майке, и вид у него то ли обескураженный, то ли виноватый, то ли совсем разомлевший от жары.

– Деда, а ты давно пришёл? Мама волновалась. Она плакала, и Настя плакала, а я не плакал, потому что я мужчина. А мама сказала, что ты старый дебил и убьёшь нас всех. Деда, а ты меня не убьёшь?

– Господи, Боря, она пошутила. Ты почему без тапочек?

– А старый дебил – это хорошее слово?

– Ну такое… Не очень. Но мама, наверное, сильно злилась, поэтому назвала меня так. Не бойся, никто никого не убьёт, понял?

– Понял. А только плохих убивают?

– Только плохих.

– А я хороший, и ты хороший, значит, нас не убьют, правильно?

– Боря, хватит.

– Ладно. А у тебя что и ружьё есть? Ну, чтобы убивать? А мне дашь пострелять?

– Так, я сейчас ругаться буду, если ты не перестанешь! Никакого ружья у меня нет! Пока что…

– Понятно. А что ты делаешь?

– Да я тут вот… Вожусь с компьютером. Не трогай только ничего! Там очень важные… Короче, не трогай. Сядь сюда, не мельтеши.

Точно, компьютер! Во время того разговора у деда на столе стоял древний ноутбук, так, кажется, они тогда назывались, и он определённо был включен в розетку. Стол, находился примерно там же, где и сейчас, потому что комната была слишком маленькой для каких-либо экспериментов с мебелью. Борис выудил из рюкзака свою армейскую отвёртку, крякнул, встал на четвереньки и полез ощупывать стену. Ранение было запротестовало, одарив его уже привычным разрядом, но сейчас было совершенно не до этого, и Борис лишь махнул рукой, прогоняя боль, как назойливого комара. Стена была замазана штукатуркой и выкрашена в несколько слоёв дешёвой серо-зелёной краской. Под этими слоями, прямо между ножками стола прощупывался небольшой выступ. Борис сковырнул слой краски, потом слой штукатурки – и, естественно, она была там. Прекрасная двойная розетка, как раз и для самого устройства, и для монитора – оставалось только протереть её и продуть от пыли. Борис по-детски рассмеялся и похвалил себя за находчивость. Наконец-то память начала работать на него вместо того, чтобы издеваться и путать ему карты.

Примерно через полчаса все проводки были подключены, и машина замигала зелёным огоньком, а монитор показал загрузочный экран. Оборудование было немедленно замечено Катюшей, которая, прервав трансляцию вечерней развлекательной программы, сообщила: «Обнаружено новое дополнительное устройство ввода, обработки и хранения информации. Модель В-3007. Ревизия У-001. Содержимое отсутствует. Производится передача данных об устройстве на сервер контроля безопасности. Проверка займёт до 72 часов. Напоминаем, что запрещается использовать устройство до завершения проверки».

Конечно, это было логично, и Борис даже подозревал что-то в этом роде. Все персональные машины, трансляторы, дроны и регистраторы находились в одном информационном поле, и именно поэтому любое новое оборудование проходило тщательную многоуровневую проверку на специальном сервере. Но тем не менее ещё одна задержка на 72 часа была совершенно некстати, и он, немного загрустив, приказал Катюше включить образовательную трансляцию, не досмотренную им ещё несколько дней назад.