И ещё 21 июня лётному составу Запад. Белорусе, было известно, что будет учебный налёт. 22.6 оный «учебный» налёт состоялся. Мер на аэродроме не было принято, многие могли уйти из-под удара. Задрав головы, первые минуты стояли и смотрели до первых бомб.
29.8
В ночь выехал в д[еревню] Ю… Это через Сухиничи. В 29 году я проезжал мимо, был на станции. Сам город в 2 клм. В ожидании поезда пошел в город и попал в условия «ревизора» почти гоголевского времени.
30.8
Из Сухиничи ночью выехать не мог. Всё спало, редкий дружинник не знал и не мог указать, как выехать в д. Ю. Темно, горючее на исходе. В кромешной тьме добрался до телеграф-почты. Вызвал из д. В. по телефону проводника (!). Выехали. Ехать им 20 м[инут]. Ехали 60 м[инут], не доехали, свалились в канаву у моста. Узнал уже на рассвете, проезжая мимо них.
Я опаздывал, горела почва под ногами.
Кроме лёт[ного] состава, все живут в землянках, как кроты. В этой землянке днём отдыхал. Парит. Жить в этом дворце не весело.
30.8
Били здорово мотомех. колонну. Летели под откосы и вверх авто, танки и люди. Это фиксировали истребители, которые прикрывали наших.
31.8
Опять был в д. Ю. Летал с капитаном Максимовым. Чудесно водит машину на высоте 5 м. Высота 3–5 мт. Это единственное защитное средство беззащитного У-2.
Ребятишки ловят нас удочкой, женщины радостно приветствуют. Старухи падают в страхе в снопы. И смешно и жалко их всех.
3.9
Получил от Игорька открытку. Милый, смешной мальчик. Жена тоскует, понимаю и разделяю.
Немец окопался на участке нашего фронта, залез глубоко под землю. Бьёмся, не выбить. Его оборона явление временное. На юге прёт. Оборона для него смерть. Копит силы. Наши атаки с воздуха удачны. В штабе электросвет от аккум[улятор]ов, ярко, светло, в комнате играет на весь штаб патефон. Тематика разная, а вот настроение одно, вспоминается семья.
4.9
Дежурил на одной ноге. Левая горит, второй раз нарвала… Писал, выдавливая бумажонки, они так нужны кому-то.
5.9
Наши давят, немец понемногу отступает, но очень понемногу. Воен, совет благодарит весь личный состав за выполнение задачи. Приказано представить для наград списки[10].
Лётчики?! Да всех их надо наградить. Штаб-работники?! Представляют – «кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку».
22.9
Отдали Киев. Неужели нет сил приостановить движение коричневой чумы? Непонятно. Не даю волю предположениям. Анализируешь и не находишь должного ответа.
Противник на нашем фронте угнан за Ельню. Авиация давно нас не беспокоит. Но это совсем не оттого, что у него нет авиации. Где-то он её сконцентрировал. Нет и на земле того напора, что был.
11.10
Сентябрь. Под Мосальском. Обжились. Д. Воронин.
Достижения под Ельней полетели к черту. Усиленная разведка проскочила в Мосальск. За ней шли колонны танков. У нас ничего нет для обороны. Ночью долго собирались, нудно выжидали, не умели принять решения, что делать.
Послали Козлова в разведку. Пропал. Пришли связисты с аэр[одрома] Василевское. Все залегли в обороне. Нудно тянули, не знали, что делать.
Ночь под Сухиничи; д. Юрьево будет долго памятна. Сидели в лесу и опять выжидали. ВВС(…)[11] ничего не знал. Приказа на дальнейшее перебазирование не давал. Народ был в крайне натянутом состоянии. Средств к обороне не было. Имелись винтовки и те не у всех.
Поздно ночью прот-к подошёл до 8 клм с 3-х сторон. Осталась небольшая горловина через лес.