— Возможно, это к лучшему, — сказала она. — Она без конца докучала бы тебе неприятностями и могла бы даже причинить вред Брину. — При этой мысли девушка содрогнулась. — Я так рада, что он благополучен. Ты должен передать ему привет от меня и как-нибудь привезти ко мне в гости. Обещаешь?
— Клянусь, я так и сделаю.
Кери оставила Кадока с его людьми, а сама отправилась на поиски Хокра. Она застала его в маленькой хижине, которую они делили на двоих, так как Эйсе тактично убедила Йорун пожить с ней, пока восстанавливали дом. Он расхаживал взад-вперед.
Все внутри у нее сжалось.
— В чем дело? Что-то еще случилось?
— Что? О, нет, просто… Ты ведь не передумала? — Он остановился перед ней и пристально посмотрел в лицо.
Его глаза были ярко-синими, несмотря на сумрак внутри хижины, и Кери почувствовала, что тонет в этой синеве.
— Нет, конечно, нет. Неужели ты думал, что…
— Я думал, твой брат попытается переубедить тебя, напомнив обо всем, что ты пережила, но я все исправлю, обещаю. Хотя… Ведь я привез тебя сюда против твоей воли.
Кери подошла к нему вплотную и, встав на цыпочки, обвила руками его шею.
— Может быть, и так, но теперь я решила остаться здесь навсегда. Кадок вернется, и потом мы сможем навестить его и других моих родственников. Благодаря тебе он забирает с собой домой всех наших — тех, кто не хочет остаться здесь свободными людьми, — и ни с той, ни с другой стороны нет никакой злобы. Все хорошо.
— Слава богам! Я так боялся… О, Кери, я люблю тебя больше, чем могу выразить словами!
— И я люблю тебя, мой белый ястреб. Я больше никогда тебя не покину.
— Хорошо. Тогда мы будем вместе целую вечность, — прошептал Хокр, целуя ее со страстью, которая зажгла ответное пламя в ее крови. — Я не позволю никому разлучить нас, клянусь.
Кери улыбнулась ему между поцелуями.
— Я тоже, клянусь Одином. Пусть только попробуют!
Церемонии бракосочетания несколько дней спустя ничто не помешало, и никого, казалось, не заботило, что у дома еще не было ни стен, ни крыши. Чтобы восстановить весь нанесенный ущерб, требовались месяцы упорного труда, хотя Кадок и его люди остались, чтобы помочь со строительными работами. Лейф также прислал некоторое число своих людей, как только закончил с расчисткой собственного поселения. Дел было много, но так как погода оставалась теплой и сухой, свадебный пир можно было устраивать и под открытым небом.
Столы на козлах были расставлены по обе стороны пространства, которое скоро должно было стать главной комнатой холла, с высоким столом в одном конце. Там поставили резные стулья для Хокра и Кери, а справа от Хокра стояло специальное кресло поменьше — для Йорун. Праздничные тканые дорожки покрывали каждый стол, и на них были все мыслимые блюда, в том числе приготовленные женщинами с родины Кери. На резных деревянных тарелках грудами лежали жареная свинина, баранина, оленина и лосятина, а также всевозможная дичь и рыба. Ржаные, ячменные и овсяные лепешки был разложены рядом с различными сортами сыра, сушеными фруктами, орехами и медом. Рога для питья спорили за место с пивными кружками из олова и дерева. Стол украсили даже два изысканных стеклянных сосуда, наполненные заморским вином, — подарок одного из соседей.
Кери и Йорун были одеты в красивые красные платья с шелковыми вставками спереди и на рукавах, окаймленные по низу ткаными лентами. Плечи Кери покрывала клетчатая шерстяная шаль, скрепленная прекрасной кельтской брошью, подаренной ей Кадоком. Хокр был так же великолепен, его туника была вышита по подолу и манжетам.
— Подготовка брачной церемонии обычно растягивается надолго, — объяснил он, — с переговорами о приданом и выкупе за невесту, а также ритуалами для определения наиболее благоприятной даты. Но на сей раз все это не имеет значения. Я просто хочу, чтобы мы поженились быстро, если ты согласна.
Кери была согласна.
Свадьбу играли три дня, хотя особых гостей не ждали. Но так как слухам рта не заткнешь, многие соседи все равно появились, и каждому был оказан радушный прием.
Хокр и Кери выпили из одной чаши свадебный мед, совершили полагавшиеся ритуалы и дали брачные обеты. Кадок казался таким же счастливым, как и все остальные. Он и его люди разразились приветственными криками, когда обеты были произнесены и Хокр поцеловал свою новую жену, медля с окончанием поцелуя гораздо дольше, чем это было принято. Кери чувствовала, что щеки ее пылают, но в то же время она никогда еще не была так счастлива.
Затем Хокр протянул вперед ладонь с тремя изящными золотыми кольцами в форме маленьких змей.
— Я купил их для нас, чтобы обменяться. Позволь мне надеть одно тебе на палец, а потом ты сможешь сделать то же самое с моим.
— С радостью! — Кери смотрела, как он надевал кольцо среднего размера на безымянный палец ее левой руки, затем она надела ему самое большое. — Но почему три?
Хокр улыбнулся и поманил к себе дочь.