От его тона по спине бегут мурашки. От человека, которого я когда-то знал, не осталось ничего – только бездна ярости и отчаяния. Я впервые начинаю беспокоиться, что Леонард представляет реальную опасность.
– Я серьезно.
Похоже, он не впечатлен:
– Расскажи, как умерла Миранда. Жизнь Гвен в обмен на правду.
– Ты знаешь правду. Ты же читал отчет ФБР.
– И ты готов поклясться жизнью Гвен, что ничего не скрыл? Что там ничего не подтасовано?
Я знаю, что медлить с ответом нельзя – иначе Варрус решит, что победил.
– Ничего.
– Как-то быстро ты ответил. Не хочешь подумать как следует? Вспомнить все, чтобы убедиться, что ты ничего не упустил?
– Я все рассказал ФБР.
– А как насчет факта, что они убили Миранду, только когда ты отказался рассказать им то, что они хотели узнать?
Этот вопрос – словно удар под дых – полностью выводит меня из равновесия. Откуда вообще он это знает? В той схватке выжили всего двое – я и Майк Люстиг: человек, которому я доверил бы свою жизнь[14]. Ни один из нас не стал бы разглашать эту деталь. Тем более учитывая, что она поставит под сомнение правдивость наших показаний.
– Тебя дезинформировали, – наконец отвечаю я.
Варрус смеется. Он явно наслаждается моментом – вот же больной ублюдок…
– Ты уверен, что ответ правильный?
– Уверен, – отвечаю я. А что еще остается? – Смерть Миранды – трагедия, но в этом нет моей вины.
Хотя я все равно чувствую себя виноватым. В погоне за мной Миранда оказалась втянута в то, к чему не имела никакого отношения. Она и мой друг из ФБР Майк были похищены и избиты. Я пытался обменять информацию на ее свободу, но все закончилось ее казнью.
После ее смерти я представлял себе сотни вариантов другого исхода. И все же не я спустил курок. Миранда была одержима Гвен и нашей семьей, и эта одержимость привела ее не в то место не в то время. Откажись она от идеи мстить, осталась бы жива.
– Что ж, посмотрим. Ты знаешь, что Миранда завещала мне свое состояние? И еще попросила в завещании не бросать «Погибших ангелов». Она снимала документальный фильм о Джине Ройял. Называла этот проект своим страстным увлечением. И я собираюсь осуществить ее мечту.
Миранда Тайдуэлл чуть не разрушила наши жизни, сделав Гвен объектом своей охоты на ведьм. Она отправляла детективов и операторов в Стиллхаус-Лейк, разозлив местных жителей. Именно поэтому Бельдены взялись за оружие и угрожали Гвен, требуя, чтобы она убиралась прочь.
Мало того, Миранда едва не разрушила мои отношения с Гвен. Я думал – нет, надеялся, – что с ее смертью все закончится. А теперь понял, что это была просто передышка и скоро все начнется сначала. Это так изматывает…
Теперь я, как никто, понимаю, почему Гвен хочет положить всему конец. Я, как и она, устал позволять этим людям постоянно преследовать нас за преступления, которых мы не совершали. Мы просто хотим спокойной жизни, но такие, как Леонард Варрус, мешают нам.
Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться.
– Лео, я тебя очень прошу. В последний раз. Прекрати эту вендетту. Найди то, что принесет тебе радость. Двигайся дальше. Знаю, это кажется невозможным, но я был на твоем месте, помнишь? Ты еще можешь стать счастливым. И станешь, если откроешь свое сердце.
– Ну, не каждый может трахать жену человека, который убил члена его семьи… Так что, думаю, такое счастье, как у тебя, мне недоступно, – язвит Варрус.
Хватит переговоров. Пора переходить в наступление.
– Мы не собираемся и дальше терпеть издевательства «Ангелов». Мы дадим отпор. Клевета, посягательство, умышленное причинение морального ущерба… Если будешь продолжать в том же духе, мы найдем способ ответить.
Варрус улыбается, это чувствуется по его голосу. Он наслаждается моим гневом.
– Удачи. Я ценю твою преданность, Сэм. Если б ты был так же предан Келли и сдержал обещания, данные мне, Миранде и другим «Ангелам», мы сейчас не дошли бы до такого.
– Если б я сдержал обещания, то невинная женщина была бы мертва. Я рад, что моя совесть чиста.
– На твоей совести уже есть смерть невинной женщины, Сэм. Или ты так быстро забыл о Миранде?
– Сколько раз повторять: я не виноват в ее смерти, – цежу я сквозь зубы.
– Ну конечно. Можешь и дальше убеждать себя, но мы оба знаем правду. И скоро ее узнают все.
Я качаю головой: Варрус просто исходит ядом.
– Лео, мы же когда-то были друзьями. А сейчас ты хочешь разрушить мою жизнь. Почему?
– Ты предатель, Сэм.
От человека, которого я знал, ничего не осталось. Я больше не буду пытаться спасти его от самого себя.
– Если ты придешь за нами, я приду за тобой. Моя семья для меня все, и я на все готов, чтобы защитить их.
– Учту. Да, последний вопрос: как Ланни проводит уик-энд среди будущих абитуриентов? Вот уж не думал, что ее привлечет Рейнский университет…
В моей груди закипает ярость.
– Ублюдок! – ору я. – Не трогай ее. Я клянусь, гад…
Но он только смеется и отключается.
Я стою, уставившись на мобильник в руке. Так хочется швырнуть его оземь, что я еле сдерживаюсь. Но телефон мне нужен: это единственная связь с Ланни.
