Надо постараться объяснить ей так, чтобы обойтись без лишних подробностей о своем прошлом:
– По-моему, несправедливо судить человека строго по отдельным поступкам.
«Как моего отца», – хочу добавить, но молчу. Он был монстром. Но он был моим отцом, он любил меня. Одно другому не мешает.
Уилла долго смотрит на меня и наконец улыбается. Ее улыбка – как солнце, которое пробивается из-за туч после бури.
– А знаешь, ты мне нравишься, Коннор Проктор из Ноксвилла, Теннесси, у которого сестра Ланни и отец-пилот.
От ее слов у меня кружится голова.
– А знаешь, ты мне тоже нравишься, Уилла Девлин из Гардении, Северная Каролина, о которой я почти ничего не знаю.
– Ну, что ж… – Она берет меня за руку, чтобы идти дальше. – Давай это исправим?
Я возвращаюсь в мотель через два с лишним часа после долгого блуждания по лесу с Уиллой. Когда мы прощаемся на парковке, я раздумываю, не поцеловать ли ее. Но прежде чем я успеваю сделать первый шаг, Уилла касается губами моей щеки.
Она делает это так нежно, легко и быстро, что я еле успеваю почувствовать. Затем отстраняется с нервным смешком, улыбается, машет рукой, молча поворачивается и бежит к шоссе – так, что подол платья опасно задирается вокруг бедер.
Я хочу окликнуть Уиллу и спросить, когда увижу ее снова. У меня нет ни ее номера, ни другого способа связаться. Когда она выбегает с парковки, я понимаю, что могу больше никогда ее не увидеть, и откуда-то из глубин живота поднимается паника.
Едва не бросаюсь за ней, но боюсь показаться слишком назойливым. Я не знаю, что нужно делать и чего Уилла ждет от меня, – просто стою как вкопанный и смотрю ей вслед.
Но точно знаю одно: я очень сильно хочу снова ее увидеть. И должен найти способ, как это сделать.
Когда я захожу в номер, Ви сидит перед телевизором на неубранной кровати, прислонившись спиной к изголовью, и переключает пультом каналы.
– Ты где был? – спрашивает она, не глядя на меня.
– Так, прогулялся.
К счастью, Ви не лезет с расспросами. Вряд ли я захочу рассказывать, как провел утро с Уиллой.
– Мэнди заходила, – сообщает она.
Я удивлен:
– Правда? И чего хотела?
– Просто потрепаться, по-моему.
– А еще?
– Позвала меня попозже домой к Джульетте вместе с ней и Уиллой. – Ви говорит небрежно, хотя знает, насколько это важно.
При упоминании Уиллы мой пульс учащается.
– Погоди, и что?
Ви пожимает плечами, продолжая пялиться в телевизор.
– Такая у них традиция. Она появилась еще до пропажи Джульетты. Они тусили у нее дома по субботам.
– И что делали?
Ви опять пожимает плечами:
– Не знаю, всякая девчачья фигня…
– И они продолжают туда ходить, хотя Джульетта пропала?
– Ну да, раз меня позвали.
– А ее родители не против?
Какая-то жуткая бессмыслица. Их дочь пропала, а они словно притворяются, что ничего не случилось…
– Значит, не против, раз позволяют. Мэнди сказала, что мама Джульетты печет для них печенье и все такое.
Я встаю перед ней и загораживаю экран, чтобы привлечь внимание.
– Ви, а тебе не кажется это странным?
Наконец она поднимает на меня глаза и еще раз пожимает плечами.
– Не знаю. В их возрасте я тайком ходила в лес бухать с парнями, которых даже не знала по имени. Откуда, черт побери, мне знать, что нормально, а что нет для богатеньких девиц из верхушки среднего класса?
Так и есть. Никто из нас не знает, что значит быть обычным подростком. К тому же если Ви пойдет туда, то увидит Уиллу. Может, она что-нибудь спросит обо мне или попросит у Ви мой телефон…
– Ты пойдешь?
Ви усмехается:
– Да, черт побери.
– А маме скажешь?
Ви отрывисто смеется:
– Черта с два. Думаешь, она отпустит, если я попрошу?
Мама ни за что не разрешит, мы оба знаем. И на это есть причины. Дело не только в паранойе.
– Но ты не можешь делать все, что захочешь и когда захочешь.
Ви встает и потягивается:
– Всегда делала и буду делать.
Она протискивается мимо меня в сторону маленькой ванной комнаты, попутно потрепав по голове, будто я какой-то домашний зверек.
Я уворачиваюсь и иду следом.
– А если ты сделаешь что-то не так и помешаешь расследованию? Мама разозлится.
Ви оборачивается на пороге ванной, приподняв бровь.
– Так вот почему ты все утро шлялся с Уиллой?
Я свирепо смотрю на нее – значит, она все-таки знала, где я.
– Пока гулял, узнал что-то интересное? Или было не до того, пока ты таскался за ней, как лунатик, и таращился влюбленными глазами? – подкалывает она.
Я краснею и тут же защищаюсь:
– Чтоб ты знала, я разведал кое-что полезное, большое спасибо.
– Правда? – Похоже, Ви в самом деле удивлена и заинтересована. – Тогда говори.
– У Джульетты в интернете был тайный бойфренд.
Как я и ожидал, Ви впечатлена:
– Вау, похоже, это реально важно. Ведь этого не было в материалах дела?
– Нет. Потому что он был
Ви поджимает губы, и у меня возникает ощущение дежавю. Точно так же смотрит Ланни, когда я веду себя слишком нагло. В эту секунду я понимаю, как сильно скучаю по сестре. Без нее так странно – мы всегда были вдвоем, и я чувствую себя потерянным.
– А почему Уилла сказала об этом тебе, а не копам? – интересуется Ви.
