Не помру от тоски, не сопьюсь, не повешусь, — не сдамся,Не забуду язык, как любовь, что досталась не мне.Я с листвою кружу над планетой в потерянном вальсе,Наблюдая своё отражение в давнем окне.Там сияние детства ещё сохранило улыбку,Что всегда согревала души моей скромный очаг,На фантомной стене с гобеленовым ковриком — скрипку,Занавеску с полатей — бедняцкий сосборенный стяг.Там калитка поёт свою песню, сжимая пружину,А в колодце холодные рыбы, как тени, снуют,Там антоновка зреет, и бабка натружено спинуГорбит долу, мостыря нехитрый крестьянский уют.Там поутру от звяканья вёдер уходят виденья,Что навеяны крепким, набеганным по двору, сном,Там ещё не терзают мой праведный разум сомненья,Только уши краснеют от каверз и врак поделом…Сколько сломанных вех повыбрасывал век на помойки!Сколько судеб в себе растворил без остатка, глумясь!Утонули иные в пучине — в валах перестройки,Разоренье принесшей сердцам, опрокинутым в грязь.Нескончаемы войны народов, не верящих Богу.Каждый волен решать, чем прославится в час роковой.Но придёт этот мир всё к тому же пустому итогу, —Равнодушно погибель сравняет песок вековой.Воздух полон земной нескончаемым сонмом дыханий,Прорастает трава сквозь забытый, неузнанный прах…Доживу, не спеша, этот день, мне отпущенных знанийСохраняя итог и улыбку тая на устах…<p>Сказка-сон об Аладдине в 14 главах</p><p>Глава I</p>Февральский день умыслил смуту смут, —То дождь, то снег, то ветер беспардонный.А облака клубятся и ползутЗа горизонт упасть в овраг бездонный.В овраге том сомкнулись времена,Из чёрных дыр сквозят, крепки, как стропы.И пусть моя догадка неверна,Но там есть извержения, потопы,Помпеи, Рим, Гоморра, Вавилон,Легенды, что пропахли нафталином,И Зевс, и Гера, и Тутанхамон,И выдумки, и явь — всё воединоВ крепчайший узел вяжет память лет,И нет у человечества историйИных, чем те, в которых правды нет, —Как расступилось и стенами мореПослушно встало, обнажая дно,И шёл народ по звёздам и ракушкам…Как Моисей показывал киноЮнцам и умирающим старушкам:Оазисы в пустынном пекле дня,И манну, не попкорн, им предлагая,Счастливым новым будущим маня, —Как миражом утраченного рая….Там Клеопатра мучилась от дум,Принять цикуты или выпить ртути,Там Пушкин мчался, сетуя, в Арзрум,Страдая от бредовой светской мути.Там Брут втыкал в чужую печень нож,Там тати, казнокрады и блудницыСпешили в рай индейский, что похожНа Вавилон, где правде не родиться.<p>Глава II</p>
