Дождавшись ухода цирюльника, я торопливо разорила это гнездо и соорудила простенькую прическу. Джон окинул меня взглядом, но ничего не сказал. Поэтому я, занятая волосами, даже не глянула на то, что у меня ниже шеи, — и сейчас со смутной радостью обнаружила на себе платье из кофейного шелка: достаточно темного, чтобы не щеголять пятнами.
Мисс Чью глядела на Уильяма с видом кошки, следящей за аппетитной толстой мышкой. Она чуть нахмурилась, когда он начал флиртовать с двумя другими юными леди.
— Как думаете, лорд Элсмир надолго останется в Филадельфии? — спросила она. — Мне говорили, ему нельзя идти за генералом Хау. Надеюсь, он послушается!
— Все верно, — сказала я. — Он сдался в плен вместе с генералом Бергойном. Согласно условиям освобождения, они должны вернуться в Англию, но по некоторым причинам это пока невозможно.
Я знала, что Уильям рассчитывает все-таки попасть на фронт, но раскрывать секрет не стала.
— В самом деле? — просияла мисс Чью. — Какие чудесные новости! Надо будет выслать ему приглашение на мой бал в следующем месяце. Конечно, он будет не столь роскошен… — Она чуть повернула голову, указывая на музыкантов в углу зала. — Однако майор Андрэ обещал подготовить для нас декорации, и тогда мы устроим представление, и…
— Простите, — перебила я. — Вы сказали, майор Андрэ? Майор… Джон Андрэ?
— Ну конечно. — Она смерила меня раздосадованным взглядом. — Ведь это он подготовил костюмы для сегодняшних поединков и написал пьесу, которую разыграют чуть позже. Вон, глядите, он разговаривает с леди Клинтон.
Я посмотрела в указанном направлении, и меня, несмотря на жару, пробил озноб.
Майор Андрэ стоял в окружении толпы, бурно жестикулируя и смеясь. Он был привлекательным молодым человеком лет двадцати пяти — тридцати. Форма сидела на нем до неприличия хорошо, лицо раскраснелось от жары и шампанского.
— Он выглядит… весьма обаятельным, — пробормотала я, не в силах оторвать от него взгляд.
— О да, — восторженно защебетала мисс Чью. — Мы с Пегги Шиппен готовили сегодняшний праздник вместе с ним. Он просто чудо! У него такие замечательные идеи, и он божественно играет на флейте… Очень жалко, что отец Пегги не отпустил ее сегодня из дому! Это так несправедливо.
Хотя в голосе мисс Чью проскальзывали злорадные нотки. Кажется, она втайне радовалась, что ей не надо делить триумф с подругой.
— Давайте я вас представлю! — сказала она вдруг и, захлопнув веер, схватила меня за руку. Я опешила от неожиданности и не успела и слова вымолвить, как оказалась перед майором Андрэ, а мисс Чью что-то тараторила ему, задорно смеясь и фамильярно поглаживая по руке. Он улыбнулся ей и перевел взгляд на меня. Глаза у майора были живыми и теплыми.
— Чрезвычайно рад знакомству, леди Грей, — низким хрипловатым голосом произнес он. — К вашим услугам, мадам.
— Да… Мне… — выпалила я, начисто забыв все положенные фразы. — Вы… Тоже рада знакомству!
Я высвободила руку из пальцев немного ошарашенного Андрэ прежде, чем он успел ее поцеловать, и попятилась. Он вытаращил глаза, но мисс Чью опять завладела его вниманием, а я заспешила к дверям, надеясь в прохладе хоть немного перевести дух. Меня покрывал липкий пот и била мелкая дрожь.
— А, вот вы где, матушка Клэр! — Рядом объявился Уильям, держа две чаши с полурастаявшим льдом. — Вот, возьмите.
— Спасибо.
Я взяла одну запотевшую серебряную чашу, мимоходом заметив, что мои пальцы холоднее ее содержимого.
— С вами все хорошо, матушка Клэр? — Уильям тревожно склонился надо мной. — Вы такая бледная. Словно призрака увидали…
Он вздрогнул, осознав неуместность шутки, но я выдавила улыбку. Только не очень правдоподобную, потому что он был прав.
Я и впрямь повстречала призрака.
Майор Джон Андрэ — британский офицер, близкий соратник Бенедикта Арнольда, героя Саратоги и легендарного патриота — вот-вот станет предателем. И за участие в заговоре скоро взойдет на виселицу.
— Может, вам лучше сесть?
Уильям тревожно хмурился, а я пыталась сбросить оковы ледяного ужаса. Нельзя подавать виду, иначе он повезет меня домой, а ему так нравилось на балу…
Я растянула онемевшие губы в улыбке.
— Не надо, все хорошо. Я просто… Выйду ненадолго, подышу свежим воздухом.
Ролло шумно пожирал под кустом белку. Йен, сидя на камне, разглядывал пса.
Филадельфию отсюда было не видать, но он чувствовал исходящие от города жар огней и вонь сотен тысяч тел, вынужденных тесниться на крохотной территории. Слышал цокот копыт и болтовню людей, стоящих неподалеку лагерем. А где-то там, может быть, всего в миле от него, была Рэйчел Хантер.
Вот бы отправиться в этот чертов город как есть, пешком, и разобрать его по камешку, пока она не найдется.
— Откуда начнем,
