Его ответ потряс молодую женщину. Она не сомневалась, что Сандер откажется, отступится от своих слов и исчезнет навсегда, оставив их всех в покое, — пойдет на что угодно, но только не женится на ней.
Роуз не собиралась выходить за него замуж. Но замужество станет гарантией того, что ее не отлучат от воспитания близнецов.
Брак с Сандером не только даст мальчикам отца, но также защитит ее права как матери. Пока они будут женаты, у близняшек будут и мать, и отец.
Оба родителя. Роуз с горечью сглотнула комок в горле. Разве она не проводила ночи без сна, охваченная беспокойством за будущее мальчиков, поскольку у них нет отца?
Правда, не реального, биологического отца, а мужчины, который мог бы заменить его. Ей и в голову не приходило, что Сандер появится на пороге ее дома — после шести мучительных, наполненных терзаниями лет, когда она была вынуждена признать, что ничего для него не значит.
Глава 3
Нельзя сдаваться, решила Роуз. Она будет биться за своих сыновей до конца, изо всех сил.
Вскинув голову, молодая женщина с яростью бросила:
— Ну хорошо. Выбор за тобой, Сандер. Если ты искренне хочешь, чтобы мальчики стали твоими сыновьями, тогда ты должен понять, что разлука с матерью нанесет им серьезный эмоциональный вред. Согласись — как бы неприятно это ни было, — что детям нужны оба родителя, которые всегда будут с ними. И ты должен принести себя в жертву — так же, как и я, — чтобы обеспечить им ощущение спокойствия и защищенности, которые возникают при наличии обоих родителей, преданных своим детям и друг другу.
— Жертву?! — возмутился Сандер. — Я обладаю миллиардным состоянием. Едва ли найдется женщина, которая посчитает брак со мной жертвой!
Неужели он действительно верит в силу богатства? Если так, это еще раз доказывает то, что сыновья не должны расти без нее, иначе они тоже поверят, что на свете нет ничего дороже денег.
— Ты очень циничен, — заявила Роуз. — Найдется немало женщин, которых возмутят твои слова. Многие женщины ставят любовь превыше денег, многие женщины думают прежде всего о детях. Мне не нужны твои деньги, и я готова подписать соответствующий документ.
— О, ты сделаешь это. Не сомневайся, — холодно заверил ее Сандер. Неужели она считает, что он поверил лжи насчет того, что ее совершенно не интересуют его деньги? — Я не оставлю своих сыновей в руках матери, которая скоро останется без крыши над головой. Матери, которая пользуется добротой сестер, чтобы накормить своих детей, матери, которая одевалась как проститутка и предложила себя совершенно незнакомому мужчине.
Роуз вздрогнула, как от удара, но все же ей удалось парировать:
— Разве ты лучше меня? Или сам факт, что ты — мужчина, а я — женщина, означает, что я вела себя хуже, чем ты? Мне было семнадцать лет, а ты был взрослым.
Да, семнадцатилетняя девушка… Разозлившись при этом напоминании, Сандер возмутился:
— Ты явно была одета не как школьница или невинная девушка. И именно ты приставала ко мне, а не наоборот.
А теперь она вынуждает его жениться на ней. Сандер не хотел ни на ком жениться — тем более на такой женщине, как она.
Он видел, как жили его родители: без любви и тепла, с горечью и обидой друг на друга. И Сандер поклялся, что не женится никогда. Эта клятва стала причиной раздора между ним и дедом — деспотом, считавшим, что он имеет право распоряжаться внуком, своей плотью и кровью, будто внук — его собственность, еще один танкер во флотилии, которой дед владел.
Если он откажется от предложения Роуз, она получит преимущество. Это Сандер хорошо понимал. Она, несомненно, использует сложившуюся ситуацию против него — в том случае, если дело дойдет до суда. Однако ее упрямство и попытка оказать давление на него лишь усилили решимость забрать у нее сыновей — даже если придется пойти на уловки. Когда они окажутся на острове, Сандер, как отец, по законам Греции получит полное право на близнецов.
Знакомый звук автомобиля, подъезжавшего к дому, и хлопнувшая дверца заставили Роуз проигнорировать слова Сандера. Внезапно она осознала, который сейчас час. Близнецы вернулись из школы — их привезла соседка, помогавшая ей присматривать за детьми. Роуз поспешила к выходу. Открыв дверь, она вышла, поблагодарила соседку, помогла близнецам забрать портфели и контейнеры для завтрака, сетуя на то, что ни один из мальчиков не застегнул как следует пальто, ведь в марте еще холодно.
Совершенно одинаковые, за исключением крошечной родинки за ухом у Фредди, близнецы уставились на дорогой автомобиль, припаркованный возле их дома, а затем взглянули на мать.
— Чья это машина? — спросил Фредди, округлив глаза.
Роуз не ответила. Ну почему она не следила за временем и не избавилась от Сандера до того, как мальчики приедут из школы? А теперь они будут задавать вопросы, на которые она не сможет честно ответить, хотя врать сыновьям недопустимо.
Фредди все еще ждал. Выдавив улыбку, Роуз сказала:
— Это просто… один дядя. Пойдемте в дом, иначе вы простудитесь! Почему ни один из вас не застегнул пальто?
