Что-то в твоем взгляде вызывает тревожное чувство, как будто у меня в животе внезапно вспорхнула стайка бабочек. Может быть, просто потому, что ты стоишь так близко. Вдоль линии твоего подбородка пробилась щетина – очевидно, ты не успел побриться, перед тем как сюда прийти. Вечерний костюм, хотя и вполне подобает случаю, сидит не так хорошо, как ему следует: рукава пиджака чуть коротковаты, швы на плечах слегка сморщены. Скорее всего, это не твой собственный, шитый на заказ костюм, а взятый напрокат.
Замечаю, что ты не пьешь, и предлагаю бокал шампанского, но ты отказываешься своим холодным, резким британским тоном. Образованный, но не утонченный. Мне вдруг приходит в голову, что ситуация довольно необычная: тебя явно пригласили на мою помолвку, хотя я с тобой не знакома.
Пока говорим о книгах, изучаю твое лицо, пытаясь понять, что делает тебя красивым, поскольку, взятые по отдельности, черты немного не соответствуют классическим стандартам. Нос, узкий и длинный, делает тебя слегка похожим на ворона, рот слишком широкий, чересчур полные губы и подбородок с выраженной ямкой. Нет, решаю я, не так идеален, как показалось на первый взгляд. Однако твои глаза – эти пронзительные светло-голубые зрачки, окруженные темным кольцом, – задерживаются на мне так долго, что становится неловко, и внезапно я не могу придумать, что сказать.
Испытываю облегчение, когда появляется Элейн Форестер. Она – мать одной из подруг Сиси, а ее муж, чье семейное чайное состояние испарилось после «Краха», – давний соратник моего отца. Надеюсь, что ты уловишь намек и удалишься, но после того как Элейн, осыпав меня слащавыми банальностями о Тедди и моей удаче, уходит, мы снова остаемся одни.
Ты склоняешься ко мне и произносишь поздравления так тихо, будто поверяешь мне секрет. Не могу отделаться от ощущения, что надо мной насмехаются. Отмахиваюсь от слов, едва не позабыв ответить «спасибо». Но это не предел твоей наглости. Отнюдь. Ты начинаешь обсуждать моего жениха, словно желаешь составить каталог всех его качеств и достижений. Твои комментарии звучат скорее как оскорбление, нежели как похвала, и ты даже имеешь дерзость вслух предположить, что я не рада помолвке. Как будто мы давно знакомы и ты имеешь какое-то право на свое мнение.
