— Некоторые все же уходили к карьеру, — неохотно признался я. — И никто не вернулся. Но они могли и по пути погибнуть. Особенно если через завод шли. Ну и тварей вокруг полно. Слушай, Борис, я тебе одно скажу — не знаю, что нас там может ждать. Если нужен совет, то вот он: держи ушки на макушке и жди любой подлянки. И я так поступлю. А если хочешь второго совета, более дельного, то за него придется заплатить.
— Не понял?
— А чего тут непонятного? — удивился я, разведя руками. — Я проводником по местности нанимался. Свою работу делаю. Про Яму и вообще про все, что знаю, я рассказал. Об опасностях предупредил. А второй совет местности не касается. Скорее людей.
— Хм… — задумчиво протянул Борис, глядя мне в глаза.
Инга не удержалась и фыркнула, что-то пробормотав под нос.
— И чего ты хочешь за совет? — со смешком поинтересовался Борис.
— Твой нож, — коротко ответил я, кивнув на зажатое в ручищах русского оружие. — Очень он мне приглянулся.
— И только?
— Не, еще и ножны к нему, — добавил я.
— Этого ножа не отдам, — отрезал Борис. — Он мой. Но другой, точно такой же, дам. Пойдет?
— Конечно, — солидно кивнул я.
— Я так и так хотел тебе небольшой подарок сделать. Как у вас на Востоке принято. Заслужил. Это твоя идея была пустить автобус перед нами, когда завод проезжали. По сути, ты сегодня им всем жизнь спас. Ну, где совет?
— А где нож?
— Ах ты… Инга, принеси ему нож. В моем вещмешке, левый боковой карман. Вместе с ножнами. А ты давай в купца не играй, а рассказывай!
— Совет прост, — буркнул я, искоса наблюдая за недовольно вставшей девушкой-снайпером. — Ильяс Косой. Очень суеверный и очень сильно испуган. Ну прямо очень сильно.
— И что?
— А ты вон туда погляди. — Я едва заметно кивнул в сторону автобуса, где усевшийся на кошму Ильяс с жаром размахивал руками, что-то втолковывая собравшимся вокруг него людям Татарина. Руками второй проводник действительно махал с жаром, а вот разговаривал так тихо, что почти шептал.
— Сейчас он один испуган, завтра к утру, если ему рот немедленно не заткнуть, они будут похожи на перепуганное овечье стадо. И посмотрю я, как ты будешь уговаривать их проехать мимо страшной и ужасной Ямы.
— Та-а-к… — протянул Борис, мягким движением поднимаясь на ноги. — А вот тут ты угадал, Битум. Упустил я этот момент. Видать, совсем плохой стал. Ильяс!
— Слушаю, Борис-ака! — подскочил второй проводник.
— Сюда подойди-ка, — коротко велел русский, возвышаясь надо мной как скала в камуфляже.
Ильяс кочевряжиться не стал. Молча подхватился на ноги и проворно подбежал к русскому.
— Пойдем поговорим, — широко улыбнулся Борис, с размаху хлопая проводника по плечу, отчего тот аж присел.
Ухватив Ильяса за отворот халата, Борис потащил его за собой, по пути разминувшись с шагающей обратно Ингой.
— Держи.
— Спасибо! — от души поблагодарил я девушку, принимая в руки ножны с ножом.
— Мог бы попросить пистолет, — задумчиво протянула девушка.
— Мог бы, — согласился я, проворно пряча дареный нож в рюкзак.
Хотелось рассмотреть нож поближе, ощупать, испробовать хват, но я уже успел заметить обращенные на меня взгляды бессадулинских людей, мгновенно заметивших, как Инга мне что-то передала. Не стоит светить перед ними навороченным ножом. Чтобы не завидовали чужому счастью. Как говаривал Тимофеич, «зависть толкает к действию, а оно ведет к подлости».
Черт… все не так идет. Ведь хотел же держаться подальше и от русских чужаков, и от людей Татарина, да не вышло. Теперь получается, что я «дружу» только с русскими, а к местным не подхожу…
— Слушай…
— А? — оторвался я от раздумий.
— Спасибо.
— За что? — неподдельно удивился я, перебирая в голове происшедшие события и не находя ничего такого, за что стоило благодарить с таким серьезным видом. Если только за вовремя пойманную бутылку с зажигательной смесью, — так за нее вроде как благодарили уже… — Ты про залетевшую в кузов бутылку?
— Нет, — качнула головой девушка и ткнула пальцем в мою правую руку: — За это.
Переведя взгляд ниже, я несколько раз сжал и разогнул ноющие пальцы. Кожа на внешней стороне ладони почернела от кровоподтека и вздулась.
— Я в горячке не поняла, но, похоже, ты мне сегодня жизнь спас, — заключила Инга. — Если бы не твоя рука, налетела бы шеей на край люка — и все…
— Если и спас, то только от ушиба, — пожал я плечами. — Рывок не таким уж и сильным был. Но если хочешь, можешь подарить мне еще один нож.
— Ты только ножи и любишь, да?
— Без ножей я как без рук, — абсолютно серьезно пояснил я. — И без лопатки не могу. Мясо добыть, освежевать, защитить от любителей халявы. Я же охотник.
— Угу… Слушай… а что за знаменитый Трубный Монстр?
— Страшилка, оказавшаяся правдой, — хмыкнул я, стягивая куртку и оставаясь в одной футболке.
— Расскажи, — попросила девушка, укладывая на скрещенные ноги винтовку и со щелчком отсоединяя магазин.
— И я послушаю! — прогудел подошедший крепыш Виктор, с шумом плюхаясь на землю и поднимая облачко пыли. — Люблю про монстров слушать!
