Он научился распознавать звуки приближающихся повозок, топот лошадей, скрип телег. Слух его стал настолько тонким, что он мог различить даже голоса конвоиров. И он понял: на этом тракте преследователей не было. Это была обычная, мирная жизнь. Но всё это было временным, как он хорошо знал.
Медленно, но верно, он приближался к Стене Мария, ее мощные очертания занимали теперь большую часть горизонта. Ее незыблемость, которую верили все люди, казалась ему чудовищной, застывшей иллюзией. Его цель, та самая Шиганшина, лежала где-то за горизонтом, скрытая в ее южном выступе.
В одном из лесов, недалеко от основной дороги, где он сделал дневную остановку, он слышал разговоры крестьян. Негромко. О погоде, об урожае. И о слухах. Об активности гарнизона в районе Шиганшины. О каких-то необычных маневрах и повышенной бдительности. Не было ничего конкретного, но для Алексея эти крупицы информации были сигналами. Год 845-й наступал. Катастрофа приближалась. И люди, даже здесь, чувствовали это на каком-то подсознательном уровне, хоть и не понимали истинной причины своих тревог.
Наконец, на восьмой день его путешествия, когда солнце едва успело подняться над горизонтом, Алексей, прячась в густом кустарнике у дороги, увидел ее. Вдали, там, где лес сменялся широкой, накатанной дорогой, появились очертания города. Он был большим. Его каменные стены были гораздо выше, чем стены обычной деревни, хотя и не такими грандиозными, как сама Стена. За городскими стенами виднелись крыши домов, возвышались башни. Над ним нависала Стена Мария.
Это был Караннес — один из уездных городов, лежащих в северной части Стены Мария. Это не Шиганшина, но уже достаточно большой населенный пункт, чтобы получить информацию, обновить провиант, и, возможно, найти более быстрый способ передвижения. Отсюда до Шиганшины было всего около двухсот километров. Пара дней для конной езды. Две недели пешком по обычным дорогам. Или около одной недели, если двигаться быстро и незаметно. Время неумолимо сокращалось. И он чувствовал это каждой клеткой своего тела. Его путь вел его прямо в пасть этого мира. Мира, который готовился к собственному уничтожению.
Вид города Караннес, раскинувшегося у подножия Стены Мария, произвёл на Алексея эффект, подобный удару холодного металла. Это не было Шиганшиной, но это был первый крупный город на его пути, предвестник того, что его путешествие по диким лесам наконец-то завершилось. Городские ворота были открыты, и через них то и дело проезжали повозки, тянулись цепочки крестьян, направляющихся на рынки или возвращающихся с работы в полях. Над городом висела атмосфера оживлённой, но при этом наивной безопасности.
Алексей наблюдал из густых зарослей леса, не приближаясь. Его план был простым: изучить обстановку, найти место для ночёвки, которое не было бы связано с жилыми кварталами, и наметить дальнейший маршрут. Город был слишком опасен для прямого входа. Он был похож на Острог, но многократно увеличенный, с гарнизоном и системой контроля. Войти туда, в таком виде, как он сейчас, означало привлечь внимание. А этого он не мог себе позволить.
Следующие три дня Алекс провел, скрываясь в лесах и небольших рощах вокруг Караннеса. Ночи он использовал для перемещения, днем — для сна и наблюдений. Еду добывал, продолжая «заимствовать» её из повозок на подъездных путях к городу, или из сараев на фермах, расположенных за его пределами. Ему удавалось оставаться незамеченным. Голод отступил, но физическая измождённость давала о себе знать. Тело, натренированное выживанием, могло выполнять функции, но требовало полноценного отдыха, которого он не мог себе позволить.
Он изучил маршруты патрулей Гарнизона, видел, как караульные на стенах города патрулируют свои посты, наблюдая за лесом. Он отмечал местоположение колодцев и ручьев, где можно было безопасно набрать воду. Отслеживал перемещение крестьян и торговцев, подслушивал их разговоры — обрывки фраз о ценах, о слухах, о чем-то обыденном. И о новостях, о которых не говорили, но которые витали в воздухе.
На третий день пребывания возле Караннеса, ближе к вечеру, Алексей заметил нечто необычное. По дороге, ведущей из города, двигалась группа солдат Гарнизона. Не патруль, а что-то другое. Они были в парадной, или скорее в полевой форме, с тяжелым снаряжением. Конные, штук пять-шесть. А за ними — фургон, крытый брезентом, который казался тяжело нагруженным. И еще двое верховых, в плащах. Их лица были скрыты капюшонами, но даже издалека Алексей почувствовал холодок по спине. Неужели? Те самые?
Они проехали мимо, не сворачивая. Направлялись на юг, по главной дороге, в сторону Шиганшины. Или по крайней мере, в этом направлении. Если это были те, кто искал его, то они явно получили новую информацию и переместились ближе к вероятному очагу его появления. Это означало, что времени осталось еще меньше.