Вероятно, что эти два контрастирующих паттерна в равной степени потенциально присутствуют у всех человеческих существ. Однако ясно, что индивидуум, который ведет себя двумя способами одновременно, рискует впасть во внутреннее замешательство и конфликт. Следовательно, у различных национальных групп разработаны различные методы разрешения этого противоречия. В Англии и в Америке, где дети и взрослые подвергаются почти беспрерывному напору неодобрения, когда бы они ни выказывали комплементарные паттерны, они неизбежно приходят к принятию этики "честной игры". Отвечая на вызов, они не могут, не испытав вины, дать пинка побитой собаке [8]. Для "британской морали" Дюнкерк был стимулом, а не депрессантом.
8 Тем не менее возможно, что в отдельных частях этих наций комплементарные паттерны встречаются достаточно часто, особенно среди групп, пострадавших от длительной неуверенности и утраты безопасности (например, среди расовых меньшинств, в "депрессивных" районах, на бирже, в политических кругах).
В Германии подобные клише отсутствуют и общество главным образом организовано на базе комплементарной иерархии в терминах доминирования/подчинения. Доминирующее поведение резко и четко обозначено, однако картина в целом не вполне ясна и нуждается в дальнейшем исследовании. Сомнительно, может ли вообще существовать чистая иерархия доминирования/подчинения в качестве стабильной системы. Кажется, что в случае с Германией подчиняющийся полюс паттерна замаскирован и открытое подчиняющееся поведение почти так же строго табуируется, как в Америке или Англии. На месте подчинения мы обнаруживаем бесчувственность плац-парада.
Материалы недавно начатого нами исследования биографий немцев дают некоторый намек на тот процесс, посредством которого подчиняющаяся роль модифицируется до состояния выносимости. Один немец из Южной Германии описывал, как по-разному обращались взрослые с ним (как с мальчиком) и с его сестрой. От него требовали гораздо больше, а его сестре разрешали уклоняться от дисциплины. Там, где от него всегда ожидалось, что он щелкнет каблуками и точно выполнит приказание, его сестре предоставлялось гораздо больше свободы. Интервьюер сразу начал искать родственную межполовую ревность, однако респондент заявил, что для мальчика подчинение - большая честь. "От девочек нельзя ждать многого, - сказал он, - а то, что они (мальчики) должны выполнять и делать, - очень важно. Они должны быть подготовлены к жизни". Интересная инверсия принципа noblesse oblige[12].
Из комплементарных лейтмотивов мы упомянули только доминирование/подчинение, демонстрация/рассматривание и оберегание/зависимость, однако и этих трех достаточно для иллюстрации того вида поддающихся проверке гипотез, к которым мы можем прийти посредством описания национального характера в этой двузначной терминологии [9].
9 В дальнейшем нам следует рассмотреть еще и такие лейтмотивы, как агрессивность/пассивность, искуситель/одержимый, агент/инструмент и т.д. Все эти лейтмотивы потребуют более критичного определения, чем это возможно в данной статье.
Поскольку все эти лейтмотивы очевидно встречаются во всех западных культурах, интернациональные различия могут выражаться в пропорциях и способах комбинации этих лейтмотивов. Пропорции, вероятно, очень трудно выявить, кроме тех случаев, когда различия очень велики. Мы сами можем быть уверены, что немцы более ориентированы на доминирование/подчинение, нежели американцы, однако аргументировать эту уверенность, вероятно, нелегко. Оценить разницу в степени распространения у различных наций демонстрации/рассматривания или оберегания/зависимости также невозможно.
Если, однако, мы рассмотрим возможные способы комбинирования этих лейтмотивов, то обнаружим резкие качественные различия, поддающиеся простой проверке. Давайте предположим, что все три лейтмотива проявляются во всех отношениях во всех западных культурах, и от этого предположения перейдем к рассмотрению того, какой индивидуум играет какую роль.
Логически возможно, что в одной культурной среде А будет доминирующим демонстрантом, а В - подчиняющимся зрителем, тогда как в другой культуре X будет доминирующим зрителем, a Y - подчиняющимся демонстрантом.
Примеры контрастов этого рода легко приходят на ум: в Германии доминирующие нацисты прихорашиваются перед публикой, в России царь держал свой личный балет, а Сталин выползает из своей норы, только чтобы обозреть войска.
