Как рассказал Тутельян, не только трансгенная соя опасна (что вынуждает отечественных производителей отказываться от добавления соевого белка при производстве продуктов), но и ее заменители. Например, при производстве сосисок и колбас для получения исходного качества продукта (плотности) необходимо что-то добавить, и производители вместо соевого белка, думая, что избегают проблемы ГМО, добавляют измельченную свиную шкуру, синтетический полимер и коллаген, которые усваиваются организмом на 15–20 %. Этим «мы бьем по здоровью населения, – пишет Тутельян, – но никто об этом не говорит».
В свою очередь, Гинцбург подчеркнул: «опасны не столько сами трансгены, сколько неправильное, кустарное создание генетически модифицированных продуктов». «Поэтому особо важна качественная система контроля того, что мы ввозим и что поступает в продажу, и такая система создана и работает», – пишет он.
Подчеркну, что в Уфе имеются достаточные резервы для того, чтобы защитить потребителей от вредных для здоровья товаров. С этой целью, в частности, необходимо объединить усилия государственных структур и независимых организаций, тем более что база для этого уже имеется. Кроме того, необходимо создать рабочую группу для доработки проектов соответствующей нормативной документации. Проблема ГМО требует незамедлительного решения.
Герой моего очерка – человек необычный. Хоть он и член Ремесленной палаты РБ, назвать его ремесленником трудно: он художник, мастер по изготовлению и усовершенствованию национального музыкального инструмента – кубыза.
– Кубыз – самозвучащий язычковый музыкальный инструмент типа варгана, – рассказывает Роберт Загретдинов. – Это один из самых древних музыкальных инструментов, известных человеку. Археология связывает его возникновение с эпохой позднего неолита.
О появлении кубыза среди башкир в народе сложена такая легенда: однажды бедный пастух Бикбай смастерил себе кубыз из клена и научился играть на нем плясовые мелодии. Когда молодежь выезжала в поле, то пела и танцевала под его кубыз… В легенде говорится об инструменте из дерева, но в прошлом в Башкортостане изготавливали кубыз из гусиного пера, гусиной косточки и даже из верблюжьего копыта.
Существовало в Башкортостане несколько разновидностей кубыза: металлический и струнный. Металлический может иметь дугообразную, прямоугольную, трапециевидную форму. При игре кубыз зажимают губами и придерживают левой рукой, слегка приблизив к зубам. Язычок защипывают пальцем правой руки, отчего он приходит в состояние вибрации и возникает бурдонный звук, из которого при изменении артикуляции извлекаются обертоны. Звук тихий, в пределах октавы.
У башкир кубыз считался детским или женским инструментом. Игра на нем может сочетаться с различным составом инструментов. Характерен ансамбль кубыза с дунгуром, а также с подносом, на котором выбивается определенный ритмический рисунок при помощи наперстков, надетых на пальцы.
Да, инструменту тысячи лет. Но именно в наше время художник и ремесленник Загретдинов стал – сперва на одном энтузиазме – создавать вручную оригинальные образцы кубызов. Специалисты утверждают, что усовершенствованные инструменты мастера Р. Загретдинова обладают широким диапазоном. На них кроме исполнения мелодий возможны многообразные подражательные и имитационные приемы.
Кто лучше самого мастера сыграет на своем инструменте? Загретдинов – дипломант II степени Республиканского конкурса профессионального мастерства на звание «Мастер – золотые руки – 2004» в номинации «Изготовление национальных музыкальных инструментов». Он – лауреат Государственной премии имени С. Юлаева, заслуженный работник культуры РФ и РБ, лауреат Международных фестивалей горлового пения, мастер по варгану международного класса по кубызоведению, член жюри международных конкурсов, пятикратный лауреат Международного конкурса «Виртуоз – кубызист мира».
Мастер кубызного дела родился в одном из северных районов Башкирии – Мечетлинском, в деревне Азикеево. Мать обучила его игре на кубызе в детском возрасте. «Университетами» юноши стали пастбище, любимая музыка, ремесленное училище г. Екатеринбурга, где он научился играть на гармошке, затем служба в рядах Советской армии и овладение еще одним инструментом – баяном, а в 60-е годы – кураем.
Работая в мечетлинском районном Доме культуры, Р. А. Загретдинов стремится получить профессиональное музыкальное образование и заканчивает экстерном среднюю школу, одновременно обучается нотной грамоте. Это позволяет ему поступить на отделение народных инструментов УУИ (1962), а потом закончить Свердловский (Екатеринбургский) музыкально-педагогический институт. В период работы в музыкально-педагогическом училище г. Уфы возрождается его интерес к исполнительству на кубызе.
