До этого золотого потока цены в Испании снижались. Потому что росла производительность труда, и рост количества разных товаров обгонял добычу серебра в серебряных шахтах, так что количество серебряных денег, бывших тогда в ходу, не поспевало за ростом товаров.
И вдруг на испанскую экономику хлынул золотой дождь…
Таблицы ввоза золота в Испанию поражают. Его количество сначала исчислялось (в тысячах испанских песо) четырехзначными числами, потом достигло пятизначных и продолжало расти. Золото всё везли, везли и везли, в считаные десятилетия вывозя те запасы, которые индейцы копили столетиями, поколениями.
Это была самая настоящая инфляция. И девальвация золота. Цены на товары в золоте начали неизбежно расти. И это практически убило испанскую производительную экономику. Причина понятна: в другие страны Европы золотой поток не поступал, там золота было меньше, соответственно в золотых монетах иностранные товары стоили дешевле, чем в заваленной золотом Испании. Испанцам стало невыгодно производить для себя что-либо, поскольку всё иностранное стоило дешевле – проще купить. И производить для продажи за границу они тоже ничего уже не могли: никто испанское не покупал в силу его дороговизны (в золоте испанские товары стоили дороже зарубежных).
Путешественники, посещавшие Испанию, писали, что «в Испании всё дорого, кроме денег».
По сути, Испания теперь «производила» только золото. Золото стало её монокультурой, то есть главным товаром. Что очень плохо для страны, в чём мы в дальнейшем не раз ещё убедимся.
При этом с Испанией приключился тот же психологический феномен, который приключается с отдельными людьми и целыми странами, на которых внезапно пролился денежный дождь. Если на человека недалёкого и не умеющего зарабатывать вдруг свалится большое наследство или крупный выигрыш в лотерею, удержать это богатство (не говоря уж о том, чтобы его приумножить) он не сможет – профукает всё и вновь останется нищим. История знает многочисленные примеры подобных случаев.
То же самое и со странами – не умея или разучившись производить сложную продукцию самостоятельно и ошалев от притока халявных денег (от золота, нефти и тому подобных природных ресурсов), упавших на них милостью природы, эти страны деградируют ментально и политически. Не заработанные тяжким трудом деньги играют роль наркотика. Начинается головокружение от успехов. Страна вдруг вспоминает о своём былом величии и начинает грезить о величии будущем, может начать серию мелких или крупных войн, чтобы расширить своё влияние или принести другим странам свет некоей истины, которым, как кажется лидерам этой страны, она обладает. Результат всегда неизменно плачевный – экономическая и политическая катастрофа.
На халявные деньги Испания начала целую серию войн, перессорилась со всеми соседями, пытаясь донести до них мессианский свет католической истины. При этом технологически она отставала, так как промышленность не развивалась. А когда золотая река закономерно обмелела, поток золота иссяк, поскольку за десятилетия из Америки было вывезено всё, что там накапливалось столетиями, Испания обнаружила себя всю в долгах при разваленном хозяйстве и в череде бессмысленных войн, требующих колоссальных затрат. И поскольку хозяйство было развалено, Испания далее терпит ряд сокрушительных военных поражений, так как прочность армии определяется её тылом, то есть крепостью экономики, а испанские тылы были развалены.
Итак, начинала Испания свое победное шествие по планете как высокоразвитая страна – со своей промышленностью, отличными заделами и прекрасным сельским хозяйством, а закончила как убогая держава с угнетённой и отсталой экономикой и огромным государственным долгом. И поныне ещё Испания толком не оправилась от тех поражений, продолжая оставаться не самой передовой европейской страной.
Подобные вещи в истории случались не только с Испанией. Например, в XVI веке в боливийских Андах рядом с серебряным рудником возник горняцкий поселок Потоси. Поскольку месторождение было богатое, поселок быстро разросся до крупного города с населением в 100 тысяч человек. Так как серебра в городе было пруд пруди, цены в нём подскочили настолько, что, по выражению одного историка, «стали абсурдными даже для богачей: курица стоила до восьми реалов, а яйцо – два реала… что можно сказать, кроме того, что деньги там ничего не стоили?»
