Эта увлекательная книга известного популяризатора науки – доктора экономических наук, профессора, декана экономического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова Александра Аузана – поможет разобраться в сути хаотичных на первый взгляд общественных процессов и их связи с экономикой. Вы удивитесь, обнаружив, как легко и логично объясняются многие парадоксы российской жизни, если взглянуть на них с точки зрения институциональной теории. Институты – это правила, которые не могут быть идеальными из-за возникающих сил трения – трансакционных издержек. Издержки обусловлены несовершенством человека – его иррациональностью и оппортунистическим поведением. Автор показывает, как можно разумно внедрять институты и снижать издержки в разных областях – бизнесе, политике, праве, истории, выборе форм собственности и даже в виртуальной реальности. Вы увидите иную, совершенно непривычную картину мира.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
«В отличие от среднего класса элиты могут использовать заграничный набор институтов и выбирать из них лучшие: техническое регулирование в Германии, банковскую систему в Швейцарии, суд в Англии, финансовые рынки в США. И пока у элит есть возможность использовать эти международные институты, они будут препятствовать нормальному институциональному строительству внутри страны, чтобы выдавливать из нее доходы, которые потом можно использовать на международных рынках. Но когда элиты оказываются в жесткой зависимости от остальных жителей страны, которые предъявляют спрос на институты, у них не остается иного выбора, кроме как взяться за строительство институтов. Им придется инвестировать в страну, копировать какие-то опыты, искать свои решения. Институты появятся и будут работать, потому что мы, жители страны, предъявим на них спрос».
© Аузан А. А., 2024
© Издание на русском языке. ООО «Издательская группа «Азбука-Аттикус», 2025
Азбука Бизнес®
Один мудрый историк сказал: «Ведущие экономисты беспокоятся, что институциональная экономика претендует на главное направление в мировой экономической теории. Они заблуждаются. Институциональная экономика мечтает не о господствующем положении в экономической теории, а о превращении в новую социальную философию». Я думаю, идеи институциональных экономистов заслуживают внимания, потому что позволяют делать выводы об устройстве жизни в целом и отношении к ней в частности.
Институциональная экономика – наука о том, почему и как мы сами себе создаем ограничения экономических действий, а потом выбираем из этих ограничений вариант поудобнее. Мы не можем обойтись без этих норм, потому что, увы, не слишком умны и не слишком честны. В итоге возникают силы социального трения, которые можно снизить только разумным устройством правил, то есть институтов. А из-за того, что эти силы трения – трансакционные издержки – всегда положительны, достижение оптимального результата невозможно. Вы всегда имеете выбор между несколькими вариантами, каждый из которых по-своему плох. Вот, собственно, и все, а дальше эта простая мысль применяется к разным областям: собственности, организации управления фирмой, политике, истории, праву… Вы всегда можете сами придумать, где применить эту логическую схему.
Есть у меня подозрение: то, что я изложил выше, для вас, как людей, интересующихся экономикой, не откровение. Вы догадывались, что так все и есть, да только учили-то вас другому. Вас учили выбирать единственно правильный путь, достигать оптимального результата. А в жизни, видимо, все устроено несколько иначе. Это понимание устройства жизни может оказаться вам полезным для вашей работы и размышлений о самых разных предметах нашего бытия.
Сознаюсь, что со времени появления идеи этой книжки прошло почти пятнадцать лет. Видимо, что-то такое получилось, благодаря чему книжка продолжает жить, переиздаваться, читаться. Пусть еще поживет в таком виде. Я вынужден с уважением относиться к тексту, который существует отдельно от автора уже полтора десятилетия. Поэтому я не менял примеров, иллюстраций, пояснений, относящихся ко времени создания книги. Но алгоритмы и закономерности, подтверждаемые этими примерами, продолжают, на мой взгляд, действовать и в нынешней нашей жизни.
Однако за прошедшие пятнадцать лет появились темы, которые не были охвачены. Они возникли потому, что ни жизнь, ни исследования на месте не стоят.
