- Без меня они этого сделать не могут. Я и есть Никки Гектор.
- Джон, ну подумай, тебе сейчас сколько? Пятьдесят? В первом фильме Никки был всего лишь подростком. Он растворялся среди своих жертв. Основной шок концовки и состоял в том, что все делал сын ресторатора, а не он сам. Сейчас они вряд ли возьмут тебя на роль подростка, так ведь? Сейчас не 1982, сейчас 2010.
- Я в курсе, какой сейчас год.
- Ну, на меня-то шипеть не стоит. Я просто говорю тебе о том, что играет роль. Теперь послушай, я вот думал о твоем камео. Поначалу я подумал, что было бы забавно, если бы ты сыграл отца Никки, но...
- Так ты все-таки принимаешь в этом участие?
- Ну, не настолько. Я провел один, довольно содержательный, телефонный разговор. Они предложили мне роль исполняющего продюсера, но это тупо для маркетингового хода.
- Разумеется я знаю. Я, блядь, сейчас на Хоррор-Kоне. Фанаты и меня по-прежнему любят, знаешь ли.
- Это неоспоримо, - на фоне залаяла собака. - Послушай Джон, мне надо идти. Думаю собаке надо покакать. Но послушай, ты особо не парься по этому поводу. Фильм только на пре-продакшине. Они должны быть сумасшедшими, чтобы не вставить твое камео куда-либо, даже несмотря на то, что они собираются начать все с чистого лица.
От самой мысли, что Джон возникнет в фильме только в роли камео, у него закипела кровь. Даже второстепенная роль была бы оскорблением, независимо от размера оплаты. Если он не мог изображать персонажа, которого он сделал знаменитым, единственную роль, за которую он был известен, он лучше сдохнет, чем будет сниматься в очередном фильме о "Безумном".
- Рад был тебя услышать, Джон. Если примешь участие в каком-нибудь фестивале здесь в ЭлЭй, дай мне знать. Стоит поужинать, - собака снова залаяла. - Hу, все, мне пора.
Джон попрощался, но Дэмиан уже бросил трубку. У режиссера на пенсии, были животные, о которых он должен был заботиться и бутылки с вином, которые нужно было открыть. Какое ему дело было до "Безумного", пока он получал чеки за его интеллектуальную собственность? У него была длинная карьера, и в независимом кино и в больших Голливудских картинах. В основном, это были ужасы, но была и парочка фантастических приключений. Он, конечно, не был настолько большим, как Джон Карпентер, или Уэс Крейвен, но был не так уж и далек от них. Дэмиан мог позволить себе уйти в отставку и уютно жить на отчисления. Ему не надо было, подобно шлюхе, шарахаться по разного рода фестивалям, чтобы наскрести денег на оплату аренды дерьмовой квартиры. Он не был разведен, и у него не было отстраненных от него двух детей. Режиссеру не нужно было полностью полагаться на "Безумного", потому что он был успешен независимо от него.
Если Джон не был Никки Гектором, то он был
Обычным экс-Бугименом.
Даже несмотря на то, что окна были опущены, в автобусе все равно стояла удушающая жара. Рэйчел пожалела, что надела джинсы, но так далеко на севере, по утрам, даже летом, было прохладно. Она стянула назад свои длинные, грязно-светлые волосы, чтобы убрать их с шеи и была ошарашена, когда автобус подскочил на выбоине. Ей это напомнило поездку на школьном автобусе, то, что она не могла больше вытерпеть, с тех пор как приобрела машину. Ее не слишком возбудила идея воспользоваться автобусом для того, чтобы добраться до центра рафтинга, но парковка находилась в двух милях от него, так что весь персонал транспортировался на автобусе. На самом деле, автобус и был школьным. Tолько они покрасили его в белый, украсили синими линиями, чтобы выглядело как речной поток, ну... наклеили логотип "Клир-Ривер Рафтинг" на каждую сторону.
Пока Рэйчел не могла дождаться окончания поездки, Элли, по всей видимости, получала довольно позитивные эмоции от поездки на этом ржавом экспрессе. Как говорят, ожидание события гораздо слаще, чем само событие. Для двенадцатилетней Элли это было первое приключение вдали от дома и их родителей, и в ее глазах слабыми нотками можно было рассмотреть оттенки озорства. Рэйчел было приятно замечать эти оттенки. Ее младшая сестра была замкнутой, когда Рэйчел не было рядом, по крайней мере ей так говорили. Когда она была рядом, Элли напротив была очень яркой непоседой, но, по всей видимости, с посторонними она замыкалась, превращаясь в злую и задумчивую, даже с их родителями. У нее были проблемы с поиском друзей в школе, но она становилась очень общительной, пока Рэйчел была с ней. Это была зависимость, которая беспокоила всю семью Элли. Несмотря на то, что этого никто не озвучивал, Рэйчел понимала, что на нее рассчитывают в этой поездке. Родители хотели, чтобы Элли наконец вылезла из своей раковины, как будто она была чем-то вроде джина в лампе. Но, как Рэйчел должна была помочь с решением этой проблемы, если она толком-то и не понимала, как она проявляется?