Эксгумация полностью

Гипоталамус посылал сообщения ее симпатической нервной системе. Она была напряжена и готова ко всему. Сделав глубокий вдох, легким движением руки переключила радио на радиостанцию, крутившую кантри-музыку 1990-х годов. Зазвучала песня в исполнении Гарта Брукса.

Постепенно музыка и знакомые улицы успокоили ее. Место, о котором говорил Кен, находилось в паре кварталов к востоку от самой загруженной части яхтенной пристани. Шварцман проехала мимо, чтобы убедиться, что это действительно там. Дверь открылась, и наружу вышла пара, но, похоже, внутри не было забито до отказа. Найдя в полуквартале от ресторана парковочное место, Анна облегченно вздохнула и направилась к ресторанчику.

Действительно, почему бы нет?

Мимо, ведя на поводке двух огромных псов, прошла какая-то пара. Они даже сошли с тротуара, уступая ей дорогу.

— Добрый вечер, — сказал мужчина.

Она всмотрелась в его лицо. Незнакомец. Без южного акцента. Просто кто-то вежливый. Такое еще бывает.

Анна подошла к входной двери. За одним столиком сидели четыре женщины, все как одна в нарядных платьях. За другим, длинным, расположились темноволосые взрослые и дети, с седовласым мужчиной во главе. Внутрь заходили пары, одиночек не наблюдалось.

Анна замешкалась. Сидеть одной было бы неловко. Но ведь можно сделать заказ и подождать в машине. Или просто пройтись по улицам. Людей было много.

— Привет!

Шварцман вздрогнула и отшатнулась, Зацепившись при этом одной ногой за другую, она потеряла равновесие и шлепнулась на мягкое место, ободрав о шероховатый тротуар обе ладони. Попыталась было предотвратить падение, и ключи вылетели из рук. Сердце бешено стучало в груди.

Мужчина, который присел перед ней на корточки, оказался не кто иной, как Кен Мэйси.

— Извините.

Она осторожно вытерла руки о штаны.

— Давайте я помогу вам встать.

Анна перевернулась на бок, сама, без посторонней помощи встала и осмотрела тротуар в поисках ключей от машины.

— Вы что-то уронили?

— Мои ключи, — сказала она и, вновь опустившись на колени, заглянула под черный внедорожник «Мерседес», припаркованный у бордюра.

Мэйси включил фонарик своего телефона и посветил на тротуар.

— Вы слышали, как они упали?

Шварцман сгорала от смущения и хотела лишь одного — поскорее попасть домой. Мэйси сошел с тротуара на проезжую часть, чтобы поискать ключи с другой стороны внедорожника.

Поднявшись, Анна взглянула на ладони. Правая кровоточила, к левой прилипло несколько мелких осколков камня. Нужно будет вымыть их.

— Они у меня.

Кен вернул ей ключи. Острый край ключа от дома коснулся ссадины на ладони, заставив сморщиться.

— Дайте взглянуть, — сказал Мэйси и, прежде чем она успела сказать ему «нет», взял ее руку.

От его прикосновения — теплый, успокаивающий жест — она покраснела и заставила себя отодвинуться.

— Ничего страшного.

Он не отпустил руки.

— Ой. Перестаньте. Можете умыться в туалете. На рану налип песок.

Ей одновременно хотелось и остаться, и уйти.

— Со мной все в порядке. Честное слово, — сказала Шварцман, поворачиваясь к своей машине.

— Вам нужно промыть рану, доктор. — Мэйси мягко улыбнулся и кивнул в сторону ресторана. — Кстати, там вкусно кормят. Я закажу что-нибудь для нас.

У нее перехватило дыхание, и Мэйси это заметил.

— Эй, — сказал он и легонько прикоснулся к ее плечу. — Просто поужинаем, как двое друзей.

Анна посмотрела через его плечо на свою машину. Может, она сумеет добежать до нее?

— Я…

— Как коллеги, — поправился он. — Честное слово, доктор. Просто ужин. Вам нужно поесть, я это вижу. А бутылка прохладного пива так и просится в эти руки.

Он был прав. Почему бы не поужинать с коллегой? В ресторане. Так поступают нормальные люди. Почему бы ей сегодня не стать нормальным человеком? Тем более что ей хотелось поужинать с ним.

— Скажите, что вы останетесь, — мягко сказал Кен.

— Я останусь. — Ее вдруг охватила радость. Она не сидит дома одна, она с другом. Она чувствует себя в безопасности. У нее легко на душе. Она может себе это позволить.

— Отлично. — Мэйси распахнул дверь, и шум из ресторанчика выплеснулся на улицу. — Туалет вон там, в дальнем углу, — сказал он, указывая через ее плечо.

Анна прошла мимо столиков, разглядывая еду, чуствуя, как у нее заурчало в животе. Когда она чувствовала себя голодной в последний раз?

Это был не просто голод, а волчий голод.

В туалете Шварцман включила холодную воду и, прежде чем подставить ладони под струю, проверила ее пальцами. Жжение быстро прошло. Подержав руки несколько секунд в холодной воде, она намылила их мылом и осторожно помыла.

Царапины были легкими, поверхностными. Заживут за пару дней. Подержав их еще немного под холодной струей, Анна прижала тыльную сторону ладоней к теплым щекам, промокнула кожу насухо и направилась обратно в ресторан.

Мэйси помахал ей рукой. Он сидел за столиком на двоих у дальней стены ресторана. На миг ее желудок болезненно сжался.

Мэйси улыбался. У него была располагающая улыбка. Ей сразу же захотелось улыбнуться в ответ.