Перед школой мои родители вместе со мной поехали в город, то бишь в Воркуту на школьную ярмарку, как я сейчас понимаю. Из одежды на себе в тот день помню лишь широченный воротничок с синими полосками по белому фону. Нечто матроское. Времени, по всей видимости, было достаточно, потому что мы почему-то оказались у открытого бассейна. Возможно, это было озеро. Только всё оно находилось в бетоне. По нему плавало несколько лодок. Я так хотел прокатиться!.. Стоял на ступеньках у воды и умолял отца прокатить меня. Тут лодка подошла близко, и какой-то дядька предложил покататься. Отец согласился, хотя мне это не очень понравилось. Я сидел на носу лодки, боясь пошевелиться. Смотрел в воду, и мне было совсем не интересно, ведь я ехал с чужими людьми, а им какое дело до моих переживаний и впечатлений.
- Самая главная достопримечательность это люди. Сейчас вспоминаю, сколько в Воркуте было бассейнов?.. Наверно в Питере столько нет и это в вечной мерзлоте. Самая длинная взлётная полоса на всём севере военного аэродрома. В своё время собирались принимать Буран. Баня N2 на улице Московская, которую топили дровами. Кому говорю, просто не понимают, приходится объяснять, что леса и дров в Воркуте просто нет.
"А на этом фото Гастроном, где сидел инвалид, только перестроенный, - Говорит Тамара. Раньше вход был по центру, за ним перекрашенная в зелёный цвет начальная школа, в самом конце улицы виден новый белый дом - новый детский сад, построенный без нас, за ним - старшая школа N11. Пятиэтажный дом стоит параллельно улице Строительной. За этим перекрёстком до старшей школы шли двухэтажные дома, слева дом N11, затем N13, N15, N17, N19, N21 и N23. В доме N15 на первом этаже жила я. Этих домов нет больше десяти лет. Напротив моего дома был дом N16, стоящий перпендикулярно к улице, за ним вниз был ресторан "Космос", его тоже уже нет, как нет домов на улице Стадионной, нет бараков за школой. А в кирпичном, двухэтажном доме N19 по улице Строительной, жила ещё одна моя одноклассница Светлана Тимишина".
(Фото N38 - П. Комсомольский, библиотека;
Фото N39 - П. Комсомольский, от библиотеки по Комсомольской вниз;
Фото N40 - П. Комсомольский, от библиотеки по Комсомольской вверх)
Магазин, по главной улице, помню. Там справа от двери ещё сидел нищий. Я ему в шапку как-то мелочь кинул. А батя ругался, мол, на водку дал. Это был худой, длинный, одноногий инвалид. Лицо у него было чёрное, будто забыли отмыть от угольной пыли. Он сидел прямо на голом, цементном полу. Я ещё тогда спросил у родителей: "Не холодно ли ему так сидеть?..". Справа от него стоял костыль, опёртый о стену. В шапке было много мелочи и ни одной бумажки. Причём, жёлтых монет было всё же больше, чем серебряных. Это я помню точно.
"Инвалида в магазине вспомнила. Это был необычный безногий инвалид. Он слушал разговоры в магазине, а потом его убрали оттуда не случайно. Он был шпионом для "Голоса Америки". На шахте были случаи диверсий". - Припомнила Тамара.
Значит, помнишь и то, что у него не было обеих ног до колен. И ходил он с белой, длинной бородой, без протезов?.. Слышали мы эту историю, будучи уже здесь много лет спустя. Увы, но не верю я в эту советскую пропаганду. Много ли узнаешь, сидя в магазине на полу и слушая трепотню посетителей?! Ерунда. Не говоря уже о связи. А что такое советские пеленгаторы я знаю не понаслышке... Самого несколько раз пеленговали. Не, я шпионом не был. Я был немножко радиолюбителем, даже не хулиганом.
