Динк скривился, осознавая степень собственной беспомощности. Виктория мгновение стояла, обдумывая услышанное.
– Мы совсем ничего не можем сделать?
– Если бы были имунны. Я бы задал программу, они бы очистили легкое и выправили ребро. Вся процедура заняла бы час.
– Имуннов у него нет. Поэтому тебе придется сделать все самому. – Проговорила Виктория.
Глаза Динка расширились. Он вспомнил, как вытаскивал стрелу из плеча Сержа, и ему чуть не стало плохо.
– Имуннов теперь нет даже у нас. – Проговорил Динк чужим голосом. К горлу подкатил неприятный ком. Охранники нервничали и переговаривались. Динк потрогал раненому лоб, затем прощупал пульс на сонной артерии.
– Он теряет кровь. Давление падает. – Заключил Динк. – Видимо внутреннее кровотечение. Я не уверен, что смогу справиться.
– Зато я уверена в тебе. – Твердо сказала Виктория.
У Динка в голове вдруг сложился четкий план, что нужно делать. И пока решительность не покинула его, он развил максимальную активность. Сначала потребовал от охранников чистые тряпки и горячую воду. Иголки, прочные нитки и еще много чего необходимого собирали почти по всему карьеру. Объясниться с ними было не просто, но соображали воины очень быстро, и спустя несколько минут ему удалось получить все необходимое. Потом он заставил их принести еще один стол и, сдвинув его с другим, они организовали своеобразную операционную. Горячую воду меняли часто, не давая ей остыть, Динк настоял, что бы ее доводили до кипения. Нож обожгли на огне и Динк с Викторией приступили к операции. Когда Динк сделал первый надрез, охранники чуть не кинулись на него. Но видимо командир или начальник их, по какой-то одному ему известной причине, решил довериться Динку и короткой командой остановил всех.
Прощупать сломанное ребро удавалось и без надреза, но Динк боялся, что осколки останутся и все-таки решил вправлять его напрямую. Упавшее давление у пациента сыграло на руку, кровопотеря была небольшая. Сломанных ребер оказалось несколько, но только одно впилось в легкое, хоть и не слишком глубоко.
– Легкое нужно зашить. – Проговорила Виктория, когда Динк вынул из раны ребро.
– Не представляю, как это можно сделать. – Признался Динк.
Он несколько раз пытался, но все время ткань легкого не держала шов. Маленькая рана быстро превращалась в изодранный отверстиями кратер. В конце концов Динк понял, что нужно делать, и с раной в легком удалось справиться.
– Через время. Когда рана заживет, потребуется достать все нити. – Сообщил Динк Виктории. Она кивнула в ответ.
Ребро вернули на место и приступили к поиску внутреннего кровотечения. Найти его удалось быстро, одно из сломанных ребер сильно поцарапало внутренности. С этим Динк справился уже совсем легко. Когда он зашил раненого и отошел, то осознал, что ноги совсем его не держат. Сколько времени прошло, понять было тяжело, но за окном царил кромешный мрак. Дрожащие ноги перестали держать Динка, и он рухнул, за мгновение пойманный на лету кем-то из охранников.
Поспать удалось совсем немного, охранник разбудил, когда солнца еще не встали. Раненый пациент снова задыхался, и пришлось делать ему новое отверстие в груди.
– Почему не помогло? – Спросила Виктория.
– Мы не можем сделать герметичный шов. В последние годы, когда еще проводили операции, такие раны скрепляли клеем. Придется ждать пока легкое заживет. – голос Динка звучал устало и глухо.
Снова уснуть Динку не дали. В дверь постучали. Видимо кто-то узнал о том, что здесь работает врач и к нему пришли за помощью. Когда Динка проводили к раненым, он чуть снова не потерял сознание. На улице, в наскоро организованной палате, было несколько сотен человек. Люди лежали прямо на земле в совершенно жуткой тесноте. Если кто переставал подавать признаки жизни, его просто уносили и сбрасывали в специально отрытую яму. Никаких слов, возмущений или истерик не хватило бы, что бы изменить этот ужас, поэтому Динк решил не тратить время зря и начал осмотр.
Столько раненых искалеченных людей в своей жизни он не видел никогда. Все, у кого были серьезные травмы, которые требовали скорейшего вмешательства, либо умерли сразу, либо не дождались появления врача. Тех, кто был способен стоять на ногах, тут же выгоняли в карьер и через пару минут они уже несли на себе светящиеся кристаллы. Большая часть людей страдала от переломов и проникающих ранений каменными осколками. До самой ночи Динк не отходил от раненых. Количество переломов, которое он вправил за этот день, превзошло все возможные пределы и Динк даже не решился вести счет. Его периодически забирали охранники, и приходилось проводить разные процедуры своему первому пациенту. Тот был вполне стабилен, грудь уже приобрела синий оттенок вместо белого. Дышал ровно, хотя порой приходилось выпускать воздух из грудной клетки.
