В общем, к позднему вечеру я чувствовал себя морально и физически измотанным. Так что, проигнорировав намёки Чакравати о необходимости посетить кабинет и поставить «всего пару подписей», сдал ей на руки Штейн, а сам отправился на Черепаху. Спать. Лишь за её стальным панцирем я был в уверенности, что до меня не доберётся кто-нибудь излишне назойливый.
Добравшись до своей квартиры, заметно прибавившей в размерах вместе с разросшимся модулем, принял душ и, не расправляя постели, рухнул на неё, закрывая глаза.
Чтобы тут же их открыть от настойчивого стука в дверь.
— А нет, не сразу… — с трудом продрав глаза, я посмотрел на комм. — Пять тридцать семь. Действительно, самое время, чтобы надрать кому-то задницу.
Поднявшись с кровати, накинул халат и прошлёпал босыми ногами до двери.
— Уходите, вам тут официально не рады, — громко произнёс я, не спеша открывать двери.
Было бы что-то срочное, то меня не стуком бы будили, а мерзким звонком на комм. Ну или Черри бы уже орала благим матом, предупреждая о новой проблеме.
— Игорь Владиславович, это я, — раздался из-за двери голос Морозовой. Вроде даже трезвый, так что я всё-таки внутренне напрягся и открыл дверь.
А когда увидел девушку в мешковатом комбинезоне химзащиты оранжевого цвета, напрягся ещё больше, правда, не там, где хотелось бы напрягаться при виде красивой девушки.
Окончательно настроение испортил замаячивший за спиной Насти Леонов, облачённый в лёгкую броню. Значит, Морозова так вырядилась точно не для ролевой игры.
— Что произошло? — подвинувшись, я пропустил ранних гостей в свою каюту, которая стремительно превращалась в кабинет…
— Снаружи зима наступила, — не особо прояснив ситуацию, Иваныч отодвинул в сторону Морозову и, пройдя в зал, уселся в кресло. — Черри, внешние камеры, пожалуйста.
Проскользнувшая следом Настя уселась на диван и тут же принялась что-то строчить в планшете.
Тем временем на большом экране, занимавшем всю стену гостиной, появились квадратики картинок с различных камер, установленных по всему Исаевску.
— Что я могу сказать… Однозначно красиво, — пробормотал я, глядя, как с неба сыплются некрупные фиолетовые хлопья.
Судя по тому, что за бортом однозначно была плюсовая температура, насчёт зимы Леонов пошутил, а значит, однозначно это был не снег.
— Пепел? — предположил я, направляясь в спальню. Не в халате же перед незваными гостями расхаживать.
— Не, ну так неинтересно, — услышал я голос Иваныча, натягивая простую чёрную футболку. — Чего улыбаешься? Небось написала ему перед нашим приходом, — это он явно Насте. — Ладно, ладно, не смотри на меня так, будет тебе сопровождение в лес.
— Опять спорили насчёт умственных способностей своего патриарха? — закончив одеваться, я сделал грозное лицо и вышел к любителям пари.
— Я в вас, Игорь Владиславович, вообще ни капельки не сомневалась, — оторвавшись на мгновение от планшета, улыбнулась мне Морозова. — Зато теперь этот вечно «молодой» и вечно нудный у меня в долгу. Лёгкая победа, даже удовольствия особо не принесла.
— Я просто не выспался, — пробурчал Иваныч, не отрывая взгляда от экрана.
— Эй, я вам случайно не мешаю? — пройдя через зал, направился прямиком в ванну.
— Пока туда-сюда шарахаешься, мешаешь, — кивнул наставник. — Так что быстрее приводи себя в порядок и садись уже, наконец. Будем думы тяжкие думать.
Наскоро умывшись и почистив зубы, вернулся к гостям.
— Судя по вашему весёлому настрою, в ближайшее время смерть нам не грозит, так какого рожна вы припёрлись в такую рань? — я подошёл к небольшому столику, на котором стоял старинный чайник, убедился, что кто-то из подчинённых успел его «щёлкнуть». — Кто что будет?
— У тебя всё равно нет ничего, кроме кофе, чего тогда спрашиваешь? — вновь подал голос Леонов.
— Из вежливости, — поставил я на столик, стоящий в центре комнаты, три кружки. — «Вежливость» — это такая штука…
— Насть, начинай излагать, а то глубокоуважаемый патриарх опять всю плешь проест. А мне этого ещё вечера хватило, — торопливо произнёс «старче», хватая со стола кружку.
— Да собственно излагать-то толком нечего, — бросив планшет рядом с собой, произнесла девушка. — Вчера, точнее, сегодня где-то в час ночи, анализаторы Черри отметили появление в воздухе микроскопических частичек пыли и песка. Ничего критичного, такое и раньше происходило, так что сделали отметку и продолжили наблюдение.
Морозова сделала пару глотков, поморщилась и непроизвольно потянулась туда, где, будь она в своей обычной одежде, располагался бы внутренний карман.
— В четыре утра уже разбудили меня, сообщив, что количество осадков увеличилось, — продолжила Настя. — Проведя анализ, я обнаружила, что концентрация пыли в воздухе осталась фактически такой же, вот только теперь она немного изменилась.
Девушка подняла планшет и показала мне схематичную картинку, на первый взгляд изображающую колючее яйцо.
— Вот это крупинка песка, — ткнула она пальцем в неправильный овал, из которого торчали изломанные иглы, — а вот это небольшие и чрезвычайно лёгкие кристаллы, по составу напоминающие стекло. Именно они придают объём хлопьям.
