А пока, пользуясь относительно спокойной стоянкой, хотя она тоже, в общем, не внушала чрезмерного доверия, они облетали остров, попутно составляя его карту, отмечая ориентиры и разные поселения. Рост не мог бы даже сказать, что он делает, вглядываясь в эту землю, расстилающуюся под ним, усеянную признаками присутствия разумных существ и… такую чужую и враждебную. Но он летал, смотрел, и в нем зрело ощущение, что его опыт, приобретенный еще в плену у пурпурных, как-то и тут скажется.
Например, он почему-то отчетливо видел, что, помимо явно пурпурных пирамид, тут имеются и другие, и даже двух типов. Некоторые из пирамид были все-таки окружены многочисленными постройками явно деревенского типа, хотя и сбитыми в плотные… слободы? Вторые имели слабое вооружение, но куда более обширные поля, чем это можно было представить по размерам пирамид, и, следовательно, многочисленное население.
Наконец Рост решил, что в городках со слободами обитают существа, недалеко ушедшие от их лесовиков, может быть, даже ящеры, только меньшего размера, чем двары, скорее похожие на ярков. В тех, где имелись обширные поля, возможно, жили Шир Гошоды, разумеется, вместе с махри, потому что на этих полях червеобразные с небольшими лапками вдоль тела действительно наблюдались в значительном количестве.
Проболтавшись над Гвинеей дней пять, Рост наконец решил, что пора приступать ко второй фазе, налаживать контакты. Вот только… Не следовало ли походить над этой землей еще, чтобы удостовериться в том, что он не ошибается?
Но, с другой стороны, он отчетливо ощущал, что чем больше времени его незнакомый тут крейсер будет разгуливать, тем скорее кто-то предусмотрительный предпримет какие-нибудь меры. Или вызовет крейсера пурпурных, или как-нибудь натравит океанских викрамов, чтобы они атаковали эту досаждающую всем помеху, или сделает еще что-нибудь. Что могли сделать местные против неизвестных пришельцев, не хотелось даже гадать. Уж в чем, в чем, а в изобретательности местного населения Ростик нимало не сомневался.
Витоге сделали просто, по не раз уже опробованной схеме.
Но лишь после того, как Рост у одной из пирамид, где на поле шириной чуть не в пять километров привычно, должно быть, трудились махри, заметил… Да, ему не привиделось, он увидел Докай. Это был какой-то не слишком крупный экземпляр, в странных висячих одеждах, подобных хламидам жрецов у пернатых бегимлеси. Он расхаживал по опушке леса и время от времени углублялся в заросли, то ли разыскивая какие-то растения, то ли занимаясь другими, таинственными, в представлении Ростика, делами.
Крейсер сел чуть не на поле, причем махри, разумеется, разбежались, но вот этому Докай деться было некуда. Рост приказал выбросить пандус, а потом, тщательно успокаивая дыхание и мысли, вышел из крейсера. Оглядевшись, поправив ремень с пистолетом, он твердо двинулся в одиночестве по траве, которая, как родная, зашуршала о сапоги, в сторону, где обретался неизвестный друг. Хотя – друг ли?
Рост вышел примерно в ту точку, чтобы его видел Докай, и остановился. Принялся думать о том, что ему предстояло сделать. Он простоял довольно долго, прежде чем ветки кустов сбоку дрогнули и на ту же полянку вышел Докай, в окружении… От облегчения у Ростика даже руки дрогнули, потому что Докай шел в окружении пяти боевых махри, с их в косички заплетенными волосами, с копьями в руках и с довольно примитивными ружьями на плечах. Ружья они почему-то не снимали, вероятно, надеялись справиться с чужаком в случае чего только копьями.
Докай, как Рост и ожидал, шагал спокойно, размахивая руками. Поглядывал с любопытством и уже очень толково оценивал сознание человека, мягко вторгаясь в его представление о мире, выстраивая собственное мнение, кого же он, собственно, тут встретил.
Рост поклонился, старательно удерживая руки подальше от оружия.
– Л-ру, – произнес он слово мира.
Ширы принялись рассматривать его еще внимательнее. Докай мягко улыбнулся, раскрыл руки, словно бы для объятия, сделал еще несколько довольно сложных движений, потом скрестил их на груди.
– Кто-нибудь говорит на едином? – спросил Рост, выговаривая слова медленно и тщательно.
Ширы дернулись, их копья повисли почти в боевой готовности, но Докай сделал жест, и его охранники немного успокоились. Хотя все время оглядывались, вероятно, выискивая ловушку или засаду в соседних кустиках.
– Из летающего треугольника я вышел в одиночку, – снова проговорил Ростик, – мне нужно поговорить, а потом… Мы решим, возможно ли прийти к соглашению и взаимному пониманию.
– Если этого не случится? – с сильным и незнакомым акцентом спросил Докай.
– Мы попробуем договориться с другими обитателями вашего острова, друг-Докай.
От этого обращения Докай улыбнулся, его глаза встретились со взглядом Ростика. Как ни была напряжена, даже раскалена ситуация, Ростик снова почувствовал теплое, очень приятное ощущение внимания, товарищеского любопытства и мягкого участия, которое излучал этот парень в бурой хламиде.
