Тем внимательнее он стал прислушиваться к тому, как воюют бойцы на западе от него. И многое в их улучшенной тактике для себя прояснил. Только одну штуку не понял. Случалось, что летатель, особенно умелый, под руководством какого-нибудь аса, например Евы, поднимаясь с пауком, уворачиваясь от выстрелов с Земли, от паучьей стаи, вдруг… Вот он был, вот он должен был неминуемо оказаться в следующей точке своей траектории… Но куда-то на миг пропадал, а потом оказывался метрах в двадцати или больше, совсем в другом месте, иногда даже направляясь в противоположную сторону! Словно совершил какой-то невероятный боевой разворот… И вся прицельная пальба восьминогих, разумеется, уходила в пустоту. При этом возникало впечатление, что несколько мгновений летающего гиганта с наездником просто не существовало. Рост это понял, когда подслушал не в меру разговорившегося Ромку, который, поднимаясь с захваченным пауком, попробовал осмысленно, как он сказал, «мерцать»… И звук его голоса при этом исчез, а появился с пропуском нескольких слогов.
Мерцание было настолько странным явлением, что Рост предложил своему гиганту слетать в ту сторону, выяснить, что же там происходит, но и это его летатель отверг. Складывалось впечатление, что та зона для него была закрыта, может быть, навсегда.
Бездельничая из-за странностей гиганта, они довольно неожиданно вышли к башне комши. Вернее, к новой башне, потому что Ростик отлично помнил, где находились две старые, которые он в компании других крейсеров когда-то бомбил. Ширы тогда сделали для людей специальное вещество, размягчающее каменноподобную лепнину, из которой пауки создавали свои башни, и те рухнули, не выдержав в размягченном состоянии собственного веса.
А восьминогие тем не менее заложили новую башню и аккуратно возводили ее на несколько сотен километров восточнее, чем прежние, которые еще можно было найти в пустыне, подобно древним, брошенным городам, превратившимся в груду неопрятных развалин. Рост не стал подлетать, чтобы рассмотреть эту новую стройку. Воспользовался лишь эффектом дальновидения гиганта и решил, что она напоминает картину Брейгеля с изображением вавилонской башни, только без реки перед ней, в которую упал Икар, и так же, как на картине, создавалось впечатление, что должно было пройти еще немало лет, чтобы она приняла сколько-нибудь законченную форму.
Его летатель, опять же непонятно почему, двинул дальше на восток, в сторону шхер, так недавно отвоеванных заливными викрамами. И неожиданно для себя, как почти все происходило в этом полете, оказался над джунглями, которые ковром покрывали юго-восточную часть континента. А ночью вышел к настоящей саванне, где росла довольно плотная трава и паслись бесчисленные животные, где кипела совсем не похожая на пустыню жизнь.
Рост покружил тут немного, пробуя сообразить: может, стоило именно здесь сажать траву ихну, а не со стороны леса дваров? Но теперь, пожалуй, об этом поздно было гадать, решение захватить пустыню восьминогих с запада, а не с востока, было принято, и к воплощению плана приложили изрядные усилия, хотя идея оказалась, пожалуй, неудачной.
А еще через пару дней они оказались над шхерами. Вот тут было очень красиво – изрезанные водой скалы, иногда довольно острые хребты, покрытые лесом или плотным кустарником, и настоящий водный лабиринт, как причудливо выстроенный собор, бесконечный, неохватный с самой большой высоты, на дне которого просматривались то города рыболюдей, то их плантации, а то и какие-то пастбища, куда они загоняли из моря рыбу, чтобы кормить молодняк.
Ростик даже стал думать, что поход с экспедиционным корпусом заливных викрамов и победа, которую они одержали, сделали его более внимательным и благонастроенным к этому месту и к жизни, которая тут кипела. Когда он находился в Левиафане, ему было не до любований, он воевал, дрался, спасал подчиненных касаток и своих викрамов. Теперь же он мог взглянуть на это не глазами участника, а со стороны, и то, что он теперь видел, ему понравилось. Да, это место стоило того, чтобы за него воевать, хотя ребят, которые тут погибли, все равно было жалко.
Налюбовавшись вдоволь, он нашел и крепость, которую строили на этих берегах люди. Будущий Порт-Артур, как предложил Ким. Тем более что определить это место было несложно, там даже с большого расстояния ощущалась такая бешеная активность, туда так часто подлетали и оттуда так часто поднимались антигравы. Его летатель просто направился туда, и Рост привычно решил с ним не спорить.
