Положение дел в семье казалось Эстер безвыходным. Год она боролась за внимание мужа, насильно прививала Джеку собственные увлечения, развивала его эстетический вкус, а также чувствительность. Но так и не добилась успеха, так и не перекроила Джека под себя, не подчинила его своей воле. Джек как будто назло продолжал гнуть свою линию, делал все с большой неохотой и отсутствием интереса. Стоит оставить пустые надежды – никогда у них не появится ничего общего.
Эстер отчаянно боролась за свои ожидания и не брала в расчет, что у близкого человека представление о том, каким ему стоит быть, может быть полярным. Эстер душила Джека требованиями и ожиданиями, а он противился навязанным правилам. Она причиняла мужу добро, о котором ее никто не просил, и тем самым вызывала отторжение.
– Да, – глухо отозвалась Эстер, даже не повернув головы.
– Куда?
– Я сняла отель. Потом подберу себе квартиру.
Джек присел около Эстер и легонько, будто случайно, коснулся ее руки.
– Может быть, тебе стоит подумать об этом?
– А что думать, Джек? Все предельно ясно. Ты не идешь со мной на контакт, обвиняешь меня в том, в чем я не виновата, и у нас нет ничего общего. Сколько мы можем продолжать так жить?
Эстер даже не подозревала, как близка она была к истине и насколько верными были ее суждения. Сложно изменить другого человека, но можно поменять свой взгляд на ситуацию или разорвать отношения, в которых ты не чувствуешь себя комфортно. В противном случае мы рискуем причинить травмы близким и привить им комплексы на всю жизнь. Ведь то, что одни воспринимают как недостатки, другие могут оценить как благо.
– Извини, я не знал, что тебе было нужно выговориться.
Эстер отвела взгляд от комода и взглянула на Джека. На его нахмуренные брови, на поникшие плечи, на совершенно потерянный вид. Ей вдруг стало жаль его.
– Ты снова меня не понимаешь, – с огорчением сказала она. – Мне нужно не выговориться, мне нужно, чтобы ты постарался меня понять.
Джек опустил голову и уставился на свои колени. Отчего-то они показались ему разными – правое колено выглядело крупнее, чем левое.
– Я хочу тебя понять. Я стараюсь это сделать. Послушай, да, я перегнул палку. Во вчерашнем скандале ты не виновата, но вы обе повели себя опрометчиво. Я не снимаю ответственности со своей сестры, но и тебя не понимаю. Зачем нужно было доводить ситуацию до ссоры?
– Потому что я имею право так реагировать, когда мне неприятно. Дело даже не в Розе, а в тебе. Я твой выбор, и я меньше всего виновата в том, что из всех женщин ты остановился на мне.
Голос Эстер, как и утром, стал напряженным.
– Да. Наверное, я был неправ, признаю это. Но неужели этот поступок действительно настолько страшен, что ты можешь так просто собрать вещи и уйти? Я исправлюсь. Я буду более чутким к тебе и твоим переживаниям, обещаю. Не нужно этого делать. Я люблю тебя, – проговорил Джек.
Его слова прозвучали так трогательно и искренне, что жалость, которую до этого испытывала Эстер, переросла в неприятную безвольную слабость. Наверное, вам знакомо чувство, когда необходимо решиться на что-то новое, но все же пугающее неопределенностью. И эти маета, сомнения, тревоги, одолевающие нас при принятии решения. Мы понимаем, что перемены необходимы, но упрямое сердце до последнего продолжает верить в лучшее, жить надеждой. Нам остается только бежать, чтобы случайно по какой-либо причине не оглянуться назад. Ведь если найдется хоть один предлог, чтобы остаться, – мы останемся.
– Я тебя не отпущу. Как ты снимала отель? Давай отменим бронирование. Позвони сама и отмени. Если не хочешь, я это сделаю.
Эстер застыла в нерешительности. Если она сейчас останется здесь, то ее мытарства продолжатся, если уйдет, то поставит точку. Нужно было быстро принять взвешенное решение здесь и сейчас.
«Подумать с точки зрения того, как складывается наша жизнь, Джек – хороший человек, любящий меня, добрый, ответственный, а главное, предсказуемый. Я выбрала его не случайно. И если говорить по совести – наверное, не он один виноват во всех наших проблемах. Ответственность за себя я должна нести сама. Может быть, я ищу предлог, чтобы уехать, и не в Джеке дело? Может быть, со мной что-то не так?» – думала Эстер про себя, тогда как Джек с замиранием сердца ждал вердикта.
– Я отменю бронирование. Сейчас позвоню, – серьезно сказала Эстер.
Джек с облегчением обнял жену.
– Не пугай меня так больше.
Эстер кивнула. Она снова сдалась. Поддалась слабости. В сотый раз пошла на поводу у страха и жалости. Осадок от измены самой себе колыхнул глубинные чувства внутри: жалобно заскулило самоуважение, тревожно забилась самооценка, мечта померкла – стала бесцветной и крошечной, как рисовое зернышко. Будущее снова приобрело блеклые очертания. Надежды на поступление в приличный университет таяли – Джек не захочет жить в большом городе. И опять тысяча компромиссов и сотни «но».
