– Будет так, как я захочу! – прорычал ты и с силой выдрал из моих рук вазу. Но не удержал ее и уронил на пол. Разноцветные осколки разлетелись по плитке.
– Больной ублюдок!
– Сумасшедшая сука!
Ты прижал меня к стене и больно ударил по щеке, так, что моя голова отлетела вправо. Я зажмурилась, ожидая второй пощечины, но этого не произошло. Щека горела и пульсировала. Я испугалась, что завтра появится синяк.
Сколько времени прошло, прежде чем я обнаружила себя на холодном, мокром, грязном полу ванной, я не знаю. Мелкие стекла впились мне в спину, когда ты возил меня по плитке, и теперь кожа горела так, будто ее хлестали крапивой. Ты лежал на моем животе и прислушивался к сбитому дыханию. Мы оба молчали.
– Ты наврала? – тихо спросил ты, первым нарушая напряженную, вязкую тишину.
Я перевела взгляд с потолка на пыльную лампу и опустила пальцы в твои мягкие волнистые волосы. Сложно вспомнить, когда я ясно осознала, что мы разрушаем друг друга. Мы элементы одного и того же порядка. Я не могла потушить огонь, не могла обуздать твой нрав, но легко воспламенялась сама и лишь усиливала эффект.
– Ты правда жалеешь, что приехала ко мне? – чуть повременив, переспросил ты уже более настойчиво. Свет лампы стал резать тебе глаза, и ты зажмурился.
– Нет, не жалею, – призналась я и на мгновение замолкла. – Но, Джонни, так больше продолжаться не может. Ты постоянно пьешь, нюхаешь кокаин, хотя обещал мне не делать этого. Я швыряю в тебя вещи. Мы зависимые люди. У нас одержимость. Это больная любовь.
Ты облегченно улыбнулся и поцеловал мне руку, которой я гладила тебя по волосам. Эти слова были тебе необходимы. Подтверждение того, что ты мой единственный дорогой человек. Все остальное казалось тебе незначительным. И мои упреки, и наставления, и скандалы – все это глупости. Все это несерьезно.
– Посмотри, во что ты превратил мою спину! – печально заметила я. – Зачем все это? Мы как будто по лезвию ножа ходим.
Я поморщилась и скинула с себя твою голову.
– Ты сама хотела чувствовать себя живой, – напомнил ты, помогая мне подняться с пола. – Мне казалось, что нам хорошо вместе.
Я встала около зеркала и, приподнявшись на цыпочках, постаралась разглядеть, как сильно поранила спину.
– Ты только посмотри! – крикнула я, чуть не плача. – Посмотри, что ты со мной сделал!
Ты нерешительно дотронулся до меня дрожащими пальцами, но я отпрянула.
– Извини меня, детка. Прости, – сказал ты с крайне мрачным видом. – Я вытащу все осколки, мы обработаем раны, и через неделю все заживет.
