Совсем недавно Дмитрий Воеводин считал своё положение в этом затерянном мире шатким, но теперь оно стало совсем безнадежным. Позади — руины городов, а впереди — неопределённость. Где безопасно, а где территория, контролируемая врагом, неизвестно. Странное место, называемое Беловодье, где происходят чудеса похлеще термоядерного синтеза, доживает свои последние дни.Но сотни выживших людей, преодолевая усталость и нападения со стороны местной фауны и железодеев, уповая на Господа, идут за своим самозваным князем. Дамиатар и сам не рад, что ему приходится исполнять эту роль, но по иронии судьбы лишь он, чужак, знает повадки элемийского ИскИна лучше, чем любой абориген. А значит, Дамиатар будет для них князем, пока не доведёт их до безопасного места.Правда, порой, чтобы найти правильный путь, нужно сделать шаг в сторону или тебя к этому шагу подтолкнёт внешний фактор. Так, после встречи с отрядом железодеев, Дамиатар выводит людей на нейтральную полосу. Туда, где соприкасаются зоны обитания различных цивилизаций, живущих на одной планете. Здесь невозможно пользоваться чарами, зато безопасно.Это место словно создано для Дмитрия Воеводина, инженера и лейтенанта Земной Федерации. Здесь ему приоткроются некоторые тайны этой загадочной планеты. И, возможно, именно отсюда начнётся новая эра для всех обитателей затерянного мира.
В ушах шумел ветер и слышался натужный скрип дерева, будто корабль вот-вот развалится. Но он упорно продолжал мчаться, совершая умопомрачительные виражи.
Меня прижало к борту на очередном маневре, и я что есть сил вцепился руками за край, чтобы не вывалиться за него. Крутые повороты на скорости около ста километров в час не способствуют устойчивому положению на палубе, и я, а также мои вои болтались из стороны в сторону, повинуясь инерции. Кирим и вовсе лежал на пузе, обхватив руками деревянную тумбу, на которую был намотан трос, и крутился вокруг нее, как флюгер.
В общем, мои мысли о чуде в виде пяти чародинов разбились о реалии речного сражения. Корабль кренило то на один борт, то на другой, и мы не то что вести прицельный огонь — нормально стоять не могли. А вот йорты, напротив, продолжали находиться у борта, синхронно перенося свой центр тяжести, как платформу для стабилизации орудий, всегда удерживая себя в вертикальном положении. Их вестибулярный аппарат — это нечто!
Река, как сказал Кирим, действительно оказалась довольно оживленным местом, и хватало кораблей, идущих как параллельным курсом, так и встречным. И самое интересное то, что команды этих кораблей никак не реагировали на происходящее, будто это в порядке вещей. Йорты на их палубах просто наблюдали за погоней, пока находились рядом, а дальше проходили мимо, направляясь по своим делам. Странные у них тут порядки.
Но мне было не до проходящих мимо кораблей. Вцепившись в борт до побелевших костяшек, я пытался придумать, что делать. А эта игра в кошки мышки не заканчивалась и вскоре я потерял чувство времени. Наши йорты явно не спешили вступить в ближний бой, не давая зажать себя с двух сторон. Благо дальнобойное оружие никто не использовал, да и полагаю, что на такой скорости все выпущенные снаряды из луков, арбалетов — или чего у них там имеется? — будет сносить ветер, а ничего с большей начальной скоростью я не наблюдал.
Мне приходили на ум разные варианты ведения боя в таких условиях, и единственным правдоподобным казался абордаж. Хотя сблизиться на такой скорости и перебраться на палубу атакуемого корабля — та еще задачка, и мне было интересно увидеть, как йорты ее решат. Но дальнейшее превзошло все мои ожидания.
Несмотря на довольно широкую реку, коридор для маневрирования все же был ограничен глубиной и движением множества других кораблей. Поэтому вскоре преследователям удалось прижать нас практически к берегу. Один из кораблей противника подошел с левого борта, не давая снова уйти на середину реки, а второй зашел сзади.
В этот момент часть команды нашего корабля промчалась мимо меня, переместившись на корму, и выстроилась там, а я смотрел на все это, не понимая, что происходит. Я думал, что противник по левому борту сблизится и бойцы оттуда как-то начнут перебираться к нам на палубу, но я никак не ожидал атаки с кормы. Но йортам оказалось плевать на мои размышления, и вскоре на корму приземлился первый вражеский вой, а затем еще и еще. Через секунд десять они уже сыпались как из рога изобилия.
Ломались копья, мерцали щиты, сверкали чаровые клинки и доносились непривычные для ушей человека крики начавшейся горячей схватки. На палубу стали падать поломанными куклами первые жертвы с обеих сторон. Удивительно, что среди йортов не оказалось бойцов под стать Воледару или тому же Васимиру, тогда бы здесь сверкали молнии с неба и в воздухе появлялись щиты. Но ничего этого я не заметил, — типичный бой стенка на стенку.
Но нет худа без добра. С начавшимся боем корабль стал идти ровнее, без резких рывков, и я смог более или менее стоять на ногах. Конечно, мне стало любопытно, как противник сюда попадает, — не с неба же падает? И, слегка перегнувшись через борт, я посмотрел в сторону кормы.
Все оказалось довольно просто и одновременно сложно, я до такого точно не догадался бы. Передняя рогатина, которая на нашем корабле была отключена, на корабле противника, идущего позади, вовсю сверкала чаровыми символами. И на палубе противника в эту рогатину был установлен трап. Йорт бежал по этому трапу и уже в самом кольце слегка подпрыгивал.
Увлекаемый воздушным потоком своей рогатины, он пролетал в воздухе метров десять, после чего подхватывался потоком воздуха рогатины нашего корабля. И, спокойно пролетая сквозь оба кольца, оказывался на корме, где его встречали остриями копий. Некоторые даже на них приземлялись, насаживаясь, как жуки на булавку, так и не вступив в бой. Но атакующих было явно больше, и группа, стоявшая у борта, постоянно редела, заменяя павших бойцов на корме.
